Контракт на невинность. Чужая невеста Императора Драконов

— Так мне идти к графине? — поинтересовалась я вместо ответа."

"- Спрашивайте, что хотели, — девушка выпрямилась и метнула взгляд на дверь. — Только лучше не здесь говорить, уши любопытные кругом.

— Оставь корзину и пошли, — велела я. Пусть думает обо мне что хочет, мне сейчас нет дела до ее обид. Нужно думать, как выжить, когда в императорский дворец попаду.

- Так что там было? Ты сказала, что тебе понравилось, но сама стонала, когда граф пытался тебя... придавить к кровати, — начала я расспросы, устроившись на скамейке в беседке возле пруда. Подступы к ней хорошо просматривались со всех сторон, так что можно было не бояться, что нас подслушают.

- А вы точно матушке своей ничего не скажете, госпожа Марианна? — уточнила Стерша, нервно облизывая губы.

- Не скажу. Садись сюда и говори, — велела я, показывая на скамейку напротив. Девушка села, сложила руки на коленях и потупив глаза, хихикнула:

- Ох, госпожа Марианна, вы такая... наивная, уж простите меня. Не то, что ваша сестрица младшая. Вот та давным-давно все знает про мужчин и женщин, чем они по ночам занимаются, хоть и младше вас на столько лет. Вечно подглядывает то за слугами, то за господами, гостями вашими.

- Не забывайся, ты о моей сестре говоришь! — оборвала я ее. — Рассказывай про себя и графа. Что такое вы делали в спальне?

- Ну-у-у, — задумчиво протянула горничная. — Вот когда граф встал с постели голый, вы на его теле что увидели такого, чего на вашем нет несси Марианна?

- Шерсть на груди у него была, — начала я припоминать. Честно говоря, не много я и видела — так перепугалась, увидев искаженное бешенством лицо и красноту в глазах графа, что остальное особо не разглядывала.

- А еще что? Пониже груди? — хихикнула в кулачок Стерша. — В том месте, где живот заканчивается и ноги начинаются...?

Через час я отпустила горничную. Напоследок, глянув на меня с плохо скрываемой жалостью, девушка протянула:

- Ну-у, вы сильно не переживайте, госпожа Марианна. Император хоть и дракон, и страшный, говорят до ужаса, но все равно мужчина. А мужчины, они, знаете, все одинаково устроены и все одно и то же любят.

Стерша давно ушла, а я все сидела в беседке, перебирая в уме полученную информацией. Ноги отказывались куда-то меня нести. В груди свербело от страха перед будущим, жалости к себе и обиды, что никто даже не подумал предупредить, рассказать, что меня ждет в замужестве, а теперь вот с императором.

Хотя кто мог это сделать? Не матушка же... Няня может и рассказала бы, но где она теперь? Подругу меня нет —соседи аристократы, с дочерями которых я могла бы дружить, живут очень далеко от нас. Да и не факт, что их дочки знают больше меня.

С деревенскими и дворовыми детьми мне матушка не разрешала общаться, хотя они могли бы меня просветить, как только что сделала Стерша.