Королевство гнева и тумана

А на другой, рядом с Ткачихой, лежали большие свертки тканей. Их она соткала на громадном ткацком станке, таком же древнем. Его очертания выступали из сумрака. Станок стоял возле холодного очага.

Сегодня у нее был прядильный день. А если бы я застала ее за ткачеством, она бы тоже пела? От свертков тканей исходил странный запах, густо пропитанный страхом. Он-то и подсказал мне ответ.

Волчица. Я — волчица.

Я вошла внутрь, старясь не задеть мусор, разбросанный по земляному полу. Ткачиха продолжала работать. Ее колесо весело поскрипывало, что никак не вязалось с леденящими кровь словами баллады:

Посетовал, что некуда деть кости ножек,Зато из переносицы он скрипке сотворил порожек.

А из нежнейших посиневших жилОн струны этой скрипке смастерил.Я внимательно разглядывала комнату, стараясь не слушать балладу.

Ничего. Ни одна вещь из этой бездны хлама не тянула меня к себе. Возможно, судьба смилостивится надо мной, и мне не придется разыскивать Книгу Дуновений. Иначе… проникновение в хижину Ткачихи вполне могло положить начало череде несчастий.

А Ткачиха продолжала работать, покачиваясь на низеньком стуле.

Я обшаривала глазами полки, потолок. Мне было отведено на поиски совсем немного времени, и оно стремительно утекало."

"Может, Риз напрасно отправил меня сюда? Возможно, никакого его предмета здесь вообще не было или этот предмет давным-давно забрали. Такие шуточки вполне соответствовали натуре Риза. Решил нагнать на меня страху этим лесом, этой хижиной, дабы проверить, как откликнется мое тело.

Наверное, я слишком возненавидела Тамлина, если поймалась на уловку Риза. Похоже, я такое же чудовище, как и Ткачиха.

Но если я — чудовище, значит и Риз не меньшее чудовище.

Если не большее.

Мы с Ризом — парочка чудовищ. И сила, перешедшая от него ко мне, здесь ни при чем. И если Тамлин, поняв, что я сбежала от него, возненавидит меня, он будет только прав.

И в этот миг я почувствовала — словно невидимые пальцы коснулись моего плеча.

Я повернулась, продолжая одним глазом следить за Ткачихой, а другим — оглядывать лабиринт столов и вещей. Меня тянул лучик света, в котором мне виделась знакомая полуулыбка Риза.

«Привет, — говорил лучик. — Ну что, наконец-то ты пришла за мной?»

«Да, да», — хотелось ответить мне.

Правда, другая часть моей личности предпочла бы дать деру отсюда.

У меня за спиной Ткачиха продолжала петь:

Глаза утопшей скрипке заменили лак.Блестят они, пронизывая мрак.Умолк язык ее. Но голос — чист и юн —Расскажет правду через пенье струн.Я последовала за лучиком к полкам, занимавшим стену возле очага. На нижней было пусто. На средней — тоже. А вот на третьей, висевшей на высоте моей макушки… Там!

Ноздри ощутили знакомый запах соли и лимона. Косторез оказался прав.