Королевство гнева и тумана

Я била плечами по стенкам дымохода, разрывая одежду и покрывая кожу ссадинами. Я не оставляла усилий, пока сама не превратилась в камень, сокрушавший другие камни, пока не почувствовала, что Ткачиха больше не в состоянии удерживать меня внутри дымохода.

Я полезла вверх, не останавливаясь ни на мгновение, пока не достигла уступа трубы и не выскользнула на соломенную крышу… Только она оказалась вовсе не соломенной.

Она была волосяной.

Мою одежду и руки густо покрывали сажа и жир. Неудивительно, что волосы липли ко мне — клочьями, прядями, даже локонами. В горле появился привкус желчи.

И в этот миг дверь хижины настежь распахнулась и послышался уже знакомый пронзительный крик Ткачихи.

Нет, вниз мне нельзя. Там я попадусь в ее ловушку. Вверх, только вверх.

Стараясь не думать, по чему или по кому я сейчас ступаю и что цепляется за мою одежду, я подобралась к ближайшей ветке и ухватилась за нее. Я полезла, срывая листья и сдирая мох.

— Где ты?!! — донесся вопль обезумевшей от боли и досады Ткачихи.

Я карабкалась с ветки на ветку. С первого дерева — на соседнее. От сучков у меня кровоточили ладони.

Но куда подевался Ризанд?

Я уходила все дальше и дальше от проклятой хижины. Похоже, Ткачиха действительно тронулась умом, ибо она продолжала кричать, требуя, чтобы я вернулась. Правда, ее крики становились все тише. Мой след она потеряла.

Перескочив на очередную ветку, я увидела протянутую руку Ризанда и услышала его небрежный вопрос:

— Что за разгром ты там учинила?

Я остановилась, тяжело дыша ртом. Мне казалось, у меня даже легкие кровоточат.

— Знаешь что… — прошипела я.

Он лишь поднес палец к губам, затем обвил мою талию, другой рукой придержал затылок, и мы совершили переброс.

Вынырнули мы где-то над Домом ветра и вдруг камнем рухнули вниз. Я едва не закричала, но Риз расправил крылья, и неуправляемый полет превратился в плавное скольжение, пока мы не влетели в открытое окно комнаты, где Кассиан о чем-то ожесточенно спорил с Амреной.

Оба умолкли, как только мы опустились на красный пол.

У них за спиной, на стене, висело большое зеркало. Мне было достаточно мимолетного взгляда, чтобы понять, почему у обоих округлились глаза.

Мое лицо было расцарапано до крови.

Остатки одежды покрывала грязь и топленый жир — другого слова не подберу, — а также кирпичная крошка и прилипшие волосы. А пахла я…

— Тебя как будто поджаривали на вертеле, — слегка поморщившись, сказала Амрена.

Кассиан разжал пальцы, обхватившие рукоятку боевого ножа, что висел у него на поясе.

Я все еще не могла успокоить сбившееся дыхание. Чужие волосы царапали и щекотали мне кожу.

— Ты никак ее убила? — спросил Кассиан.

— Нет, — ответил за меня Риз, наполовину складывая крылья.