Королевство гнева и тумана

Потом мне стало любопытно: — И сколько же я буду получать каждый месяц?

— Такую же сумму, как и все остальные.

Я не сомневалась: сумма моего вознаграждения окажется щедрой. Скорее, даже слишком щедрой.

— А когда у тебя день рождения? — спросил Риз.

— Разве теперь мне нужно их считать?

Риз молча ждал ответа.

— Был в день зимнего солнцестояния.

— Значит, несколько месяцев назад.

— И что?

— Не припомню, чтобы ты его праздновала.

Как он об этом узнал? Наверное, через связующую нить. Или проник через мои покосившиеся заслоны.

— Я никому не говорила. Там и так тянулись нескончаемые празднества.

И день зимнего солнцестояния тоже отмечался. Я едва выдерживала все церемонии. Нужно ли было это усугублять? Мне и раньше дни рождения казались бессмыслицей.

— Ты действительно родилась в день зимнего солнцестояния?

— Неужели в это так трудно поверить? Моя мать утверждала, что причина всех моих странностей и замкнутости — появление на свет в самую длинную ночь года. Однажды она даже отпраздновала мой день рождения. Правда, днем позже. А на следующий год забыла о нем. Наверное, готовилась к более внушительным торжествам.

— Теперь я понимаю, в кого пошла Неста. Невероятно жаль, что нельзя задержаться здесь на несколько дней и посмотреть, кто победит: она или Кассиан.

— Ставлю на Несту, — сказала я.

Риз негромко засмеялся, и его смех отозвался во всем моем теле. Смех напомнил, что однажды Риз поставил на меня. Он был единственным во всем Подгорье, кто поверил в мою победу над Мидденгардским червем.

— Я тоже ставлю на нее, — признался Риз.

Глава 25

Лес погрузился в зимнюю дрему. Снег покрывал голые ветви затейливыми кружевами.

Птиц не было слышно. Что спугнуло их? Мое появление? Или присутствие верховного правителя, стоявшего рядом?

— Я совсем не так представлял твой выходной день, — проворчал Ризанд. — Морозить задницу с утра пораньше — странное развлечение. — Он хмуро оглядел лес. — Когда вернемся, покажу тебе иллирианские степи. Лес там куда интереснее. И теплее.

— Я понятия не имею, где они, — сказала я.

Снег похрустывал под теплыми сапогами Риза. Когда я объявила, что хочу упражняться с ним, ему пришлось «из воздуха» добыть себе подобающую обувь.

Речь шла не об искусстве сражения, а об управлении силами, которыми я теперь обладала, — что бы они собой ни представляли.

— Если помнишь, ты показал мне совершенно пустую карту."

"— Конечно помню. Я сделал это из предосторожности.

— А я когда-нибудь увижу настоящую карту или мне так и придется догадываться, где и что находится в твоих владениях?

— Мне очень нравится твое сегодняшнее настроение, — сказал Риз и взмахнул рукой.

Появилась сложенная карта. Риз очень-очень неторопливо ее развернул.