Королевство гнева и тумана

— Еще одно такое же существо притащил? Я думал, та была единственной в своем роде.

— Амрена передает тебе наилучшие пожелания, — лениво растягивая слова, ответил Риз. — Что же касается женщины, которую ты посмел назвать «существом»… — (Я встретилась с Ризом глазами, стараясь не вздрогнуть.) — Она — моя.

Два этих слова прозвучали тихо, но с надлежащей интонацией, которая не ускользнула от Девлона и его воинов.

— Любой из вас, кто осмелится дотронуться до нее, потеряет руку, а затем и голову.

Я изо всех сил старалась не вздрогнуть. Мор и Кассиан застыли с бесстрастными лицами.

— А когда Фейра расправится с вами, я перемелю ваши кости в порошок, — усмехнулся Риз.

Я едва не засмеялась. Однако воины всерьез оценивали угрозу, которую я могла для них представлять, и помалкивали. Я наградила их легкой улыбкой, подражая улыбке Амрены. Пусть гадают, на что я способна, если меня задеть.

— Мы на время отлучимся, — сообщил Риз Кассиану и Мор. О Девлоне он словно забыл. — До темноты вернемся. Постарайся ни во что не встревать, — сказал Риз сестре. — Девлон питает к нам меньше ненависти, чем остальные командиры, и мне не хочется подыскивать другой лагерь.

Матерь милосердная! Какими же должны быть другие иллирианские военачальники, если Девлон считался самым терпимым и покладистым?

— Постараюсь, — ответила Мор, подмигнув нам обоим.

Риз лишь слегка покачал головой и обратился к Кассиану.

— Проверь состояние войска. Затем убедись, что девчонки упражняются как положено. Если Девлон или другие станут возражать, поступай так, как надо.

Кассиан улыбнулся, показывая, что он невероятно счастлив выполнить распоряжения. Меня удивило, что его, главнокомандующего армией верховного правителя, Девлон смеет называть псом.

— Идем, — повернулся ко мне Риз.

— Есть известия от моих сестер?

Он покачал головой:

— Пока нет. Сегодня Азриель выяснит, получили ли они ответ королев. А мы с тобой… — Он усмехнулся, подставляя голову холодному ветру. — Мы будем упражняться.

— Где?

Риз махнул в сторону здешних степей с перелесками, о которых я уже слышала.

— Подальше отсюда, чтобы избежать случайных жертв.

Он протянул мне руку и расправил крылья, готовясь взлететь и унести меня."

"В моей голове, словно тиканье часов, звучало слово «предательница». На него накладывались два других слова, недавно произнесенных Ризом: «Она моя».

Я снова оказалась в руках Риза и крепко прижалась к нему. Мы летели молча, словно бы состязаясь, кто кого переупрямит. Кто первым не выдержит и заговорит.

Мы летели над удивительно красивыми горами — заснеженными, с пятнами сосен. Наш путь лежал к холмистым степям.