Короткое лето

– Запиши! – приказал подчиненному Могилевский. – Товар был на месте, когда вы уходили?

– Разумеется!

– Много было свободных мест?

– Не обратил внимания.

– Проходите! Осмотритесь.

Я вышел в центр торгового зала и вдруг заметил торчавшие из-за стойки консультанта ноги. Штанины задрались, открыв черные носки, каблуки мужских туфель были стоптаны с внешних сторон.

Не спрашивая разрешения, я заглянул туда и отступил, не в силах побороть гримасу отвращения. Охранник едва ли успел хоть что-то почувствовать – его убили чисто, распахнутый пиджак открывал окровавленную в районе сердца сорочку, – а вот макияж девушки-консультанта оказался смазан, словно кто-то зажал ей рот, прежде чем ткнуть ножом под левую грудь.

– Вячеслав Владимирович, – словно специально выгадал момент для очередного вопроса Могилевский, – чек выписан в десять тридцать четыре, а ушли вы отсюда только в десять сорок. Что вы делали эти шесть минут? Вы же не курите, так? Флиртовали с убитой?

Я решил, что шила в мешке не утаишь, и ответил вопросом на вопрос:

– Гравер, что с ним?

– А почему вас это интересует?

– Я был у него, обговаривал детали заказа. Хотел сделать дарственную надпись.

– Сделали? – прищурился Могилевский.

– У него было слишком много работы, – ответил я. – Договорились на следующую неделю.

Варламов оторвался от блокнота и многозначительно заметил:

– Отличное объяснение вашим отпечаткам пальцев в служебных помещениях!

– Спросите мастера!

– Он убит.

У меня заныло в груди.

– Убит? Но как?!

– Грабители решили взломать сейф в кабинете заведующего и наткнулись на него по пути. Подтвердить ваши слова он уже не сможет.

– Идите к черту! – выругался я. – Оба! Ясно вам? Нужно подтверждение моих слов – спросите Ольгу Александровну.

– Ольга Александровна – это…

– Заведующая салоном, – пояснил я. – Она подтвердит, что я всегда заказывал гравировку!

– Не горячитесь так, – попросил Могилевский. – Никто вас ни в чем не обвиняет. – Он сделал паузу и вздохнул. – И даже не подозревает.

В этот момент на улице послышался рык мощного двигателя, и к салону подъехал огромный внедорожник. Поначалу я решил даже, что это невероятным образом провалившийся в Приграничье «хаммер», но смутила непонятная эмблема на непривычной на вид решетке радиатора. Распахнулись дверцы, из машины выбрались бойцы в серьезной на вид броне, круглых шлемах с забралами из бронестекла и чарометами на изготовку.

Цеховики организованно и синхронно, словно стая рыбешек, отступили от ювелирного салона; дружинники разошлись в разные стороны, но шансов выстоять в схватке у них не было ни малейших. Впрочем, Братство могло выиграть сражение, но никак не войну.

Да – на место преступления пожаловали именно братья.