Королевство шипов и роз

Я откинула с его лица длинные мокрые волосы. У него был заостренный нос и рот, полный острых зубов. Его темные глаза умоляюще смотрели на меня.

— Все будет хорошо, — сказала я, надеясь, что этот фэйри не распознает моего вранья, как суриель.

Я гладила его черные волосы, похожие на переливчатый бархат. И таких волос мне тоже никогда не изобразить. Но я все равно попытаюсь.

— Все будет хорошо.

Фэйри закрыл глаза. Я еще плотнее сжала его руку.

Моим ногам стало тепло и мокро от его крови.

— Мои крылья, — прошептал фэйри.

— Ты получишь их назад.

— Клянешься? — спросил он, с трудом открыв глаза.

— Да, — шепотом ответила я.

Я впервые давала заведомо ложную клятву и ненавидела себя за это. Фэйри слабо улыбнулся и снова закрыл глаза. У меня дрожали губы. Увы, я не могла сказать ему ничего стоящего, что перевесило бы мои пустые обещания. В это время заговорил Тамлин. Он держал фэйри за другую руку.

— Да хранит тебя Котел. — Тамлин произносил слова молитвы, которая была древнее мира людей. — Да поддержит тебя Мать. Пройди же через врата и ощути аромат бессмертной земли, полной молока и меда. Не бойся зла, не страшись боли.

Голос Тамлина дрогнул, но он дочитал молитву до конца:

— Иди, и да примет тебя вечность.

Фэйри испустил последний вздох. Его рука обмякла. Я не разжала пальцев и по-прежнему гладила ему волосы. Тамлин отошел. Я чувствовала на себе пристальный взгляд верховного правителя, но не собиралась отходить от умершего. Я не знала, сколько времени понадобится душе, чтобы покинуть тело. Лужица крови у меня под ногами остыла и загустела, я все сжимала в руке тонкую руку умершего и гладила его бархатно-черные волосы. Распознал ли он мое вранье, когда я клялась, что он получит назад свои крылья? Я и понятия не имела, куда уходят после смерти фэйри Двора лета и сохраняются ли у них крылья.

В недрах дома пробили часы.

— Он покинул этот мир, — тихо сказал Тамлин, касаясь моего плеча. — Осталось лишь мертвое тело.

Я вглядывалось в лицо умершего: странное, совсем не похожее на человеческое. Кто же так жестоко расправился с ним?

— Фейра.

Тамлин стиснул мое плечо, и я разжала пальцы. Потом, сама не зная зачем, откинула умершему волосы за его длинные заостренные уши и тоже отошла. Мне стало досадно, что я даже не знала, как его зовут.

Тамлин повел меня наверх. Нас обоих не волновали кровавые следы моих ног. Ночная сорочка густо пропиталась кровью, стала липкой и заскорузлой. Поднявшись на последнюю ступеньку, я все-таки обернулась и взглянула на стол.

— Мы не можем оставить его так, — сказала я, порываясь вернуться вниз.

Тамлин поймал меня за локоть.

— Я его не оставлю, — усталым, измученным голосом произнес он. — Я хотел сначала проводить тебя наверх.

Проводить, чтобы в одиночку похоронить фэйри.