Красная роза печали

А вот интересно, думала она, пятьдесят два года – это его любимый возраст? А вдруг он решит, что те, предыдущие, для него несколько староваты, и перейдет на женщин помоложе? Например, сорок восемь – чем не возраст? Именно столько сейчас самой Надежде."

"Пять женщин разного общественного положения, но одинакового возраста. Где они могли пересечься? Они могли ходить в детстве в одну школу, но они этого не делали, потому что милиция бы выяснила – такое выяснить несложно. Да Надежда и сама знает, потому что дворничиха Евдокия, например, родилась в деревне в Калининской области и приехала в город, когда ей было двадцать лет. Стало быть, в школу она ходила у себя в деревне.

Они не жили в одном доме – никогда. Это тоже милиция сразу бы обнаружила. Они не регистрировали свой брак в одном и том же загсе или Дворце бракосочетания, потому что Римма Точилло, например, вообще никогда не была замужем. То же самое касается Дворца малютки, потому что опять-таки у той же Точилло и у директрисы нет детей, да и у Мадам Джакузи, кажется, тоже.

Надежда прикидывала и так и сяк, но ничего путного не смогла придумать. Смутная догадка забрезжила у нее в мозгу, но ускользнула, а потом вдруг послышался поворот ключа в замке, и Надежда еле успела убрать подальше разрисованные листки. Оказалось, последнюю лекцию почему-то отменили, и муж сегодня пришел пораньше.

В назначенное время Сергей явился на указанное рыжебородым Юрой место встречи. Тот уже ждал его – в сильно поношенной спортивной куртке, с рюкзаком за плечами. Сергей тоже оделся, как велел ему новый знакомый, – потеплее и попроще.

– Сюда, – настороженно оглядевшись, Юрий приоткрыл неплотно притворенное окно подвала.

– А что ты так оглядываешься? – шепотом спросил Сергей.

– Да чтобы кошатники, стервецы, окошко не заметили. Заколотят так, что потом в жизни в этот подвал не попадешь. Или не выйдешь. У меня раз так было…

– Как же ты на волю-то вышел? – полюбопытствовал Сергей.

– Два дня по подвалам шастал, обходной путь искал. Хорошо, бомжи встретились, выпустили.

Проскользнув в окошко, он помог спуститься Сергею. В подвале, как и следовало ожидать, совершенно темно и пахло плесенью. Юрий повозился в темноте, и через минуты узкий луч яркого света прорезал потемки. В первый момент Сергей слегка ослеп, но, привыкнув к новому освещению, разглядел, что источник света – фонарь, прикрепленный к строительной каске, которую надел рыжебородый следопыт, – самодеятельной копии шахтерского шлема.

– Если привык к темноте, то пошли, – сказал Юрий вполголоса, – путь у нас не близкий.

Сергей побрел за новым своим знакомым, перешагивая горы разнообразного мусора. В горле першило от острых неприятных запахов – смеси цементной пыли, сырости, кошачьей вони.