Кровник (пенталогия)

Прибывший здоровый мужик сел на корточки рядом с сумкой, расстегнул ее и вытащил какую-то тряпку. Понятно! Натуральный обмен. Попцов меняет комплекты обмундирования на стволы. Те самые «снега», «ночи» и «склоны», в которых так удобно сидеть в засадах и притворяться кучей мусора на пустыре.

Обмен! Обмен! То есть, вариант «классика». Пацаны отдадут шмотки, перегрузят ящики, дождутся, когда партнеры срулят, а после повезут оружие в склад. И будут таскать его в хранилище. А мы, тут как тут. Да, вариант «классика». Полковника можно поздравить, не усох оперативный талант, дар предвидения и все такое прочее…

— На бинокль, полюбуйся, — от полноты чувств раздобрился я.

Джо дважды упрашивать не пришлось, метнулся ко мне, схватил бинокль и тут же приник к окулярам, не собираясь возвращаться на исходную. Ругать его я не стал, привыкаю помаленьку к безалаберности, — а принялся вызывать полковника, нырнув головой под полу фуфайки:

— Первый, Второму! Первый, Второму! Если принимаете меня, дайте два тона.

— «Классика»!!! — радостно взвыл Джо под самым моим ухом и в припадке радостной эйфории толкнул меня локтем в бок.

 — «Классика»! У-у-у-дядядя!!! Нет, ты смотри, какой расклад! Я вас люблю, пацаны!

— Да замолкни ты, дай шефу доложить, — незлобиво буркнул я и опять принялся заклинать:"

"— Первый, Второму! Если принимаете, дайте два тона! Первый, Второму! Если принимаете, дайте хоть что-нибудь!

— Принимаю, принимаю, — раздался в эфире настороженный голос полковника, показалось мне, что он находится где-то неподалеку. — Даю все, что хочешь. Как обстановка?

— Обмен, — лаконично доложил я, старательно сдерживая радость в голосе.

 — Возвращаться будут груженые. «Классика», короче.

— Обрадовал! — повеселел полковник. — Сколько бочонков?

— Пять, пять бочонков, — сообщил я. — Это помимо кадушки. Один лишний. Чтобы солить по-тихому, нам нужен еще один. Пятого пришлете?

— Все, Пятый сейчас идет к вам, — раздобрился Шведов. — Ждите. Я поехал вокруг, кадушку сам возьму. Смотрите мне там! До связи…

В этот момент прибывший на сделку грузовой «уазик» включил фары и ярко осветил стоявшие перед ним фигуры.

— Прав был Север, — возбужденно шмыгнув носом, пробормотал Джо, продолжая наблюдать в бинокль за участниками обмена.

 — В натуре, чечен. И здоровый, гад, — такого сразу мочить надо, а то утопчет в два счета. Любого утопчет! — Глянув в мою сторону, он в сомнении почесал затылок и добавил:

— Даже, может, и тебя утопчет. Чувствуется хватка. Кабан. Хорошо, мы их отпускаем, хлебнули бы с такими…

— Кабан, а ты про него, как про петуха, — ворчливо буркнул я, отнимая бинокль у боевого брата и прикладываясь к окулярам.