Кровник (пенталогия)

Тип достал здоровенный нож из ножен на поясе, помахивая лезвием, лениво пояснил без какого-либо намека на агрессию:

— Ти зачэм так плохо дэлал, жженьшина? Тэбэ сказал, нэ нада! А ти? Тэпэр за эта, сматры, щто дэлат будим…

Объектив метнулся к пацану в камуфляжных лохмотьях, который лежал на снегу лицом вниз со связанными за спиной руками.

Ребристая подошва ботинка вдавила голову солдата в снег. Отливающее синевой лезвие легло на тонкую шею, покрытую мальчишеским пухом и грязной коростой, — наезд, крупный план, лезвие на несколько мгновений застыло в неподвижности.

— Не надо!!! — дико вскрикнула Ирина, вскакивая из кресла. — Я на все согласна, все, что хотите!!! Останови их!"

"— Сядь, красивая моя, ты что?! — Ибрагим вновь нажал паузу и с недоумением уставился на женщину. — Сядь, сядь… Это же запись! Это же не это… не прямая тарансляцья… э-э-э… трансляция. Сядь и смотри, уже ничего нельзя сделать.

Ирина села и тупо уставилась в застывший экран. Ничего нельзя сделать… Ничего нельзя сделать… В голове скакала эта безнадежная фраза, все разумные мысли выветрились куда-то, лезли из углов сознания какие-то дурацкие лозунги и постулаты.

Ничего нельзя сделать…

Семьдесят лет советской власти. Перестройка. Демократия. Несокрушимая и легендарная. ОБСЕ. Мирные инициативы. Менталитет. Интернациональная дружба. Федерализм. Контртеррористическая операция. Ничего нельзя сделать…

Экран ожил. Лезвие пришло в движение. Плечи солдата дернулись в страшном рывке, ребристая подошва крепче вдавила голову в снег, тугой струёй ударила черная кровь, жирными каплями брызнув на объектив…

Ирина прохрипела «Мама!!!» и потеряла сознание…

— Ты сама виновата, — назидательно произнес Ибрагим, приведя в чувство несчастную женщину.

 — Тебе же сказали, веди себя хорошо, ничего не делай…

— Что вам нужно? — глухо спросила Ирина.

— Теперь условия изменились, — Ибрагим печально вздохнул. — Надо было просто сразу соглашаться, и все было бы нормально. А теперь этим людям платить надо. Они много берут.

— Сто тысяч? — несколько оживилась Ирина. — За того мужика они просили сто тысяч. Прямо сейчас выписываю чек, едем, обналичиваем…

— Сто тысяч! — презрительно скривился Ибрагим. — Они, прежде чем браться за дело, наводят справки о клиенте.

Все знают. У того мужика все имущество и бабки его, как раз сто тысяч. Нет, тут так не будет.

— Сколько? Дадим, сколько просят, лишь бы побыстрее. Давай…

— Давать ничего не надо, — оборвал ее Ибрагим. — Слушай внимательно. Фиктивный брак со мной. Есть?

— Да-да, конечно…

— Дальше. Контрольный пакет и эти… э-э-э… корпоративные права, все на меня. Есть?

— Ты сразу говори все, я скажу, да, — покорно кивнула Ирина. — Давай не будем тратить время.