Кто не думает о последствиях…

Но журналисты принялись проводить свои расследования и публиковать статьи о том, что произошло в пустыне Деште-Кевир.

* * *Узергиль, Камры

Можно ли профессию журналиста приравнять к профессии официанта? Об этом Джавад никогда не задумывался. Он знал наиболее расхожее сравнение: дескать, первая древнейшая профессия – проституция, а вторая журналистика. Кроме обычной констатации, в таком сопоставлении проглядывались и некоторые параллели между этими занятиями, что конечно же не способствовало восхвалению пишущей братии.

Те, кто обучался не за деньги, знали и польский афоризм на эту тему: «Журналисты вовсе не интересуются известиями, которые сообщают, как официанты не имеют аппетита к блюдам, которые приносят…» Но Джавад, которого родственники собирались выучить на ветеринара, второго афоризма не знал.

Да он бы ему и не понравился, ибо надо было ломать голову над смыслом. Ну да, официант пищу не готовит и подсунуть клиенту лапшу вместо жареного барашка у него вряд ли получится… Но при чем здесь журналист? Конечно, более развитый коллега мог бы объяснить: журналист накормит лапшой и убедит в том, что это седло барашка, но Джавада не интересовали чужие разъяснения, да и польские высказывания тоже. В Дагестане достаточно своих афоризмов. Джавад любил один из них: «Вовремя сделанный подхалимаж стоит двух высших образований». На восхваление заслуг начальства он и был заточен с самого начала, и это всегда окупалось.

В местный телеканал «Брульон» Джавада приняли год назад через двоюродного дядю по отцовской линии. Работа чистая, культурная и почетная: все время мелькаешь на экране, все тебя знают, здороваются на улице, хотят дружить. Это не разъезды по окотам овец или кастрациям баранов! В числе знакомых постепенно появляются всевозможные начальники, богатые и влиятельные люди, самолюбие которых приятно щекочет даже короткое появление в новостной программе… А потом стали поступать и специфические, но хорошо оплаченные заказы.

Теперь Джавад регулярно снимал репортажи, гневно осуждающие жестокость правоохранительных органов, ущемляющих конституционные права мирных жителей."

"Очередной заказ обрадовал: предстояло снять репортажи в трех населенных пунктах, где местные жители протестовали против беспредела федеральных сил.

Немногословный, внушительного вида человек, пришедший в редакцию, вручил ему плотный конверт со стодолларовыми купюрами и пообещал, что Джавада пропустят по перекрытым для всех остальных дорогам. Какой куш незнакомец занес генеральному директору телеканала, Джаваду не известно. Да это его и не интересовало.

Уже в первой точке съемок, в Узергиле, Джавад заметил конкурентов – Русика с телеканала «Кавказ-Оригинал» и неизвестных ему операторов, похоже, из самой Москвы.