Кто не думает о последствиях…

Саидбек подходил все ближе и ближе, невольно замедляя шаги. Когда он приблизился к толпе, на человека в форме стали обращать внимание. Вначале к нему повернулись несколько лиц, потом еще и еще… Саидбек ловил на себе изумленные и, мягко говоря, не очень доброжелательные взгляды. Ноги будто налились свинцом, и он с трудом их переставлял. Четверо, сидевших на корточках у стены дома, слева от дороги, парней поднялись и направились навстречу, расходясь и охватывая его полукольцом, словно волки добычу. Брюки заправлены в носки, под длинными куртками висели не очень старательно скрываемые автоматы.

На угрюмых бородатых лицах было написано изумление: будто они увидели жирафа. Но изумление недоброе – судьба жирафа предрешена: сейчас его разорвут на куски! Двоих Саидбек узнал: их фотографии висели возле дежурной части на стенде разыскиваемых участников НВФ. У Саидбека спина покрылась холодным потом, он не знал, что же ему теперь делать. Бежать было поздно, и он просто остановился.

Неожиданно, откуда-то с противоположной стороны улицы, вынырнул невзрачный худощавый человечек и направился наперерез четверке «лесных».

Он был в серой рубахе, черном жилете-безрукавке, черных вельветовых штанах и зеленой тюбетейке. Лица его Саидбек не рассмотрел. Человечек подошел к «лесным», что-то им сказал, и те, мгновенно потеряв интерес к участковому, развернулись и пошли обратно. Поравнявшись со своим спасителем, участковый узнал в нем муэдзина – помощника нового муллы. Саидбек видел его пару раз, когда тот призывал верующих на молитву, но как его зовут, не знал. Муэдзин поздоровался первым. Саидбек ответил."

"– Я Сулейман, – представился он.

 – Хорошо, что наконец-то власть обратила на нас внимание!

– Здесь, в Камрах, власть в руках мечети, – ответил Саидбек, давая понять, что знает, с кем разговаривает.

– Истинная власть лишь у Аллаха! А полицейский – представитель законной власти. За полицией стоит закон, а за мечетью – мораль…

Саидбек ничего не ответил, лишь отвел глаза от пронизывающего взгляда собеседника. А тот сделал приглашающий жест в сторону забитой людьми площади, и Саидбеку ничего не оставалось, как продолжить свой путь. Они пошли рядом, разговаривая на ходу.

Точнее – говорил один Сулейман:

– …и хорошо, когда человеку, на чьей стороне закон, не чужды и понятия морали, ибо вся власть от Аллаха, если, конечно, это настоящая власть…

Саидбек внимательно слушал. Что-то было в этом худом невысоком человеке такое, что заставляло слушать. Наверное, сила характера и искренняя вера в свою правоту.

– Старейшины Камров надеются, что ты именно такой человек, и хотят поговорить с тобой…

С краю толпы стояла небольшая группа стариков в папахах, их было человек пять-шесть.