Кукушонок из семьи дровосеков

Получился симбиоз русского пляса «Барыня» с лезгинкой, ламбадой и вальсом. Я ощутила себя гостьей сумасшедшего дома.

И тут в магазин вошел Димон.

– Кто из вас Степан? – громко спросил он.

Черноволосый парень кинулся к Коробкову.

– Я! Вас кто-то обманул! Мы приняли Татьяну так, как и всех покупателей, – вежливо, ласково.

– Нас оклеветали бабы из магазина у метро, – прибавила брюнетка. – Мы никогда никого не выгоняем.

– Нет, нет, нет, – внес свою лепту в хоровое пение охранник, – просто… если человек… унывает… веселю его разными… инст… ол… ли… ля…

– Инсталляциями, – подсказала блондинка.

Димон подошел ко мне.

– Многоуважаемая Татьяна, ваш супруг пока не узнал о происшествии…

Я, не понимая, что происходит, встала, быстро ответила:

– Не надо вмешивать мужа в мою работу. Зачем ему себе голову забивать?.. Спасибо, кофе у вас замечательный.

Последняя фраза относилась к сотрудникам.

– Проводим вас, – сказал брюнет.

– Не надо, там дождь, – улыбнулась я. – До свидания.

Но продавцы все равно вышли из салона и пришли в восторг при виде джипа Коробкова.

– Ну ваще, – пробормотал брюнет. – По спецзаказу, да?

– Конечно, – кивнул секьюрити. – Глянь, фары какие! А колесики!

– Уезжайте скорее, – посоветовала блондинка. – Тут даже останавливаться нельзя. Такой штраф прилетит!

– С талоном, который у него на стекле, можно на Красную площадь приехать, палатку там поставить, и вся охрана только обрадуется и какаву с булкой ему принесет, – сказал охранник."

"Димон открыл дверь, я залезла внутрь. Затем Коробков сел рядом, завел мотор.

– Подожди, – занервничала я. – Моя сумка! Можешь ее принести?

– Откуда? И почему ты в наряде клиентки психбольницы?

– Давай встанем в другом месте, – попросила я, – а то неудобно на остановке, помешаем автобусу. Все расскажу.

Глава тридцатая

– Только никому не говори, – попросила я Димона, у которого по лицу текли от смеха слезы.

– Не! Нем, как камень, – пообещал Коробков. – Пересядь на заднее сиденье, переоденься. А то Рина увидит тебя, босую, в простыню замотанную, и устроит допрос.

Я переместилась, открыла сумку, порылась в ней и спросила:

– Полагаешь, фиолетовые шаровары с рубашкой такого же цвета, украшенные принтом из танков, самолетов, пушек и ракет, мне подойдут?

– Расцветочка не для девочки, – согласился Димон, – но другого у меня не нашлось. Натягивай смело, все чистое. Это я вчера купил себе новый домашний костюм.

Я молча начала переодеваться, предвкушая реакцию Ирины Леонидовны и Надежды Михайловны, когда они узреют меня в этом роскошном прикиде.

– Кроссовки в пакете, – уточнил Коробков.

Я заглянула в мешок.

– Да они как ласты!

– У меня сорок четвертый размер.