Лайла. Сквозь галактику за счастьем
Бабушка говорила, что доля “космических странников” у сигойнов в крови. Но судьба заставила нас с ней на долгие годы осесть на станции “Экрана”, оторвав от корней и отвратив от жизни в скитаниях между планетами.Я думала, что нашла здесь свой единственный дом, в котором буду счастлива. Я думала, что нашла здесь свою любовь и смогу создать семью. Я думала, что не повторю судьбу своей матери и не брошусь сломя голову в опасное приключение с непредсказуемым концом.Я ошиблась...Кочевая звезда моих предков гонит меня в путь. Подальше от болезненных воспоминаний прошлого. Подальше от предательства и злых языков. Вперед, в погоню за новым счастьем. Вперед, за край галактики, туда, где меня ждут удивительные открытия и встречи. Туда, куда приведет меня мое мятежное сердце.
Население вышеупомянутой Латерны, кстати, было известно на всю галактику Млечного пути своим скотским отношением к женщинам, предрасположенностью к чрезмерной жестокости, лицемерием и изворотливостью, а также наличием гаремов из множества женщин, что, как вы понимаете, еще сильнее отвращало Дафну от икеланцев из-за возникших в ее голове неприятных ассоциаций.
В общем... фу, быть такими противными...
Хотя внешне икеланские мужчины оказались... ничего так. Хоть не синекожие, и на том спасибо.
Высокие, тонкокостные, бледные и от рождения светловолосые, как брианцы.
В отличие от жителей планеты Дилос, к которым после выходки Эйора Альто Дафна начала относиться с негативным предубеждением, икеланцы окрашивали свои шевелюры в разные, в том числе невообразимо яркие цвета.
Брианцы же предпочитали отращивать лишенные пигмента волосы и оставлять их в первозданном виде ""для правильной циркуляции помогающих слушать растения энергетических токов"", что очень разнило ""альбиносов"" Содружества и коренную расу Икелана.
Стригли жители ""Наморы"" мужского пола свои разноцветные волосы в большинстве своем коротко, либо оставляя их ежиком, либо выбривая с боков и формируя середину прически в торчком стоя́щий гребень.
Женщины-икеланки носили длинные распущенные волосы, хотя госпожа Маас видела, помимо этого, и короткостриженых местных жительниц с такими же яркими прическами. Густотой шевелюры икеланки, кстати, не отличались, на что придирчивая Дафна тоже обратила внимание, обозвав их про себя ""ощипанными курицами"".
Смотрелось подобное разнообразие кричащих обликов... очень необычно, даже несмотря на многорасовость и пестроту разумных Содружества, к внешности которых Дафна уже давно привыкла.
— Они с этими губами и бледной кожей выглядят, как восставшие покойники из древних земных страшилок, — шепнул на ухо Дафне захмелевший Талис. — А те, что с гребешком, похожи на фиросских петухов.
— Не знала, что ты ксенофоб и страдаешь расовой нетерпимостью, де Сильва, — хохотнула госпожа Маас, хотя сама масленно использовала похожее сравнение.
Разговаривали земляне на общем, но Дафна все равно оглянулась по сторонам, в надежде, что их никто не услышал и не понял.
— Не нравятся они мне, — проворчал агроинженер, недобро зыркая по сторонам и на всякий случай прижимая Гуру к своему боку, будто кто-то из местных намеревался ее украсть.
Только вот, наперекор этому жесту, гостей из Содружества икеланцы будто бы нарочно игнорировали.

















