Лайла. Сквозь галактику за счастьем
Бабушка говорила, что доля “космических странников” у сигойнов в крови. Но судьба заставила нас с ней на долгие годы осесть на станции “Экрана”, оторвав от корней и отвратив от жизни в скитаниях между планетами.Я думала, что нашла здесь свой единственный дом, в котором буду счастлива. Я думала, что нашла здесь свою любовь и смогу создать семью. Я думала, что не повторю судьбу своей матери и не брошусь сломя голову в опасное приключение с непредсказуемым концом.Я ошиблась...Кочевая звезда моих предков гонит меня в путь. Подальше от болезненных воспоминаний прошлого. Подальше от предательства и злых языков. Вперед, в погоню за новым счастьем. Вперед, за край галактики, туда, где меня ждут удивительные открытия и встречи. Туда, куда приведет меня мое мятежное сердце.
Слово “лакомства” женщина выделила так, чтобы икеланец понял, что говорит госпожа Маас совсем не о еде.
Да-да, вот так просто и откровенно Дафна предложила понравившемуся мужчине ""продолжить вечер в более интимной обстановке""."
"Хотя грольские шоколадные конфеты в жилом отсеке переводчицы тоже имелись — Дафна специально забрала вожделенный бокс с ними из блока снабжения “Невуса”, так как та гадость, которую подавали в качестве сладостей в Икелане, годилась, по ее мнению, разве что верданским ящерам на корм.
— С радостью, — отозвался икеланец, сверкнув глазами, в которых Дафна на миг уловила странный сверхъестественный отблеск, похожий на маленькую молнию.
Женщина неграциозно и чуть покачиваясь поднялась с места.
Ее спутник поддержал госпожу Маас за предплечье, а затем, не спрашивая разрешения и без малейшей капли сопротивления со стороны Дафны, снова мягко ухватил ее за руку и повел за собой на выход из бара.
“О, космос, вот это я, конечно, вляпалась в приключение прямо с первого дня посещения Икелана,” — покачала головой переводчица, с нарастающим волнением глядя на широкую и почти по-военному прямую спину ярковолосого икеланца, уверенно ведущего ее сквозь толпу.
В последний момент госпожа Маас развернулась и нашла взглядом компанию военных с “Невуса”, которая уже разбавилась представителями местного станционного руководства, а также похожими на ярких экзотических птичек (правда, немного ощипанных), весело щебечущих и льнувших к сослуживцам Дафны икеланок.
Дайнагиант Икелана оказал дорогим гостям все возможное почтение, предоставив измотанным долгим полетом разумным Содружества даже спутниц для развлечений.
Ничего необычного или подозрительного в подобном ""подарке"" от местных властей, который теоретически икеланцы впоследствии могли бы использовать для, например, дискредитации делегации, не было.
Наоборот, в связи с очень вольными нравами и легкомысленным отношениям к сексу, царившими в Икелане, представителям экспедиции обязательно следовало подобный дар принять и с благодарностью использовать в качестве своеобразного жеста доверия и взаимовыгодного сотрудничества. Чем изголодавшиеся по живым женщинам мужчины из Содружества с удовольствием теперь занимались.
Ведь, несмотря на отсутствие запрета на личные отношения во время миссии, больниство членов экипажа мужского пола провели всю дорогу на голом телесном пайке с андроидами для утех в обнимку.
Просто с учетом малого количества женщин в команде и того, что те служащие женского пола на судне, кто, как Дафна, все же искал себе на ""Невусе"" временных партнеров, в основном не перебирали мужчин, приглашая их по очереди в свою постель, а останавливали свой выбор лишь на одном конкретном сослуживце.

















