Льдинка
Как весело мчаться по заснеженной тайге на быстрых снегоходах! Молодых людей вовсе не пугают плотные тени деревьев, и глубокие снежные заносы, и кромешная тьма вокруг, и даже то, что куда-то вдруг пропала дорога, а мобильный телефон не находит сеть. И даже когда заглохли моторы, парни и девушки не потеряли присутствия духа и пошли по мрачному лесу пешком. Но что за избушка попалась им на пути? Домик лесника? Или приют? Что бы ни было – здесь можно заночевать, благо, в доме оказалась печь и даже дрова. Прочь дурное предчувствие! Кто осмелится обидеть таких здоровых, веселых и смелых молодых людей? Вот только зря они открыли крышку погреба и заглянули в подпол, где в глухой тишине застыла вязкая, бездонная чернота…
Затем произошло и вовсе неожиданное – огоньки стали стремительно блекнуть, неторопливо, почти торжественно сливаясь в какую-то беловатую массу однородного цвета и консистенции, которая вытягивалась прямо на глазах у пораженного мужчины. Словно завороженный, он не мог оторвать глаз от этого зрелища. Сотканная таким немыслимым образом прядь вдруг с невообразимой быстротой устремилась ввысь, поблескивая, как разлитая ртуть. Через минуту все исчезло, будто бы ничего не было. Ошарашенный Дильс продолжал стоять у окна, не заметив, что от удивления даже разинул рот. Вскоре он услышал привычные для этой местности звуки – шум ветра, нарастающего с каждой секундой, а затем и морской прибой.
Во сне что-то тихо сказала Злата, и Дильс машинально обернулся. Затем так же на цыпочках вернулся к постели и аккуратно лег обратно. Он лежал и думал. Мыслями он вернулся к пятьдесят шестому году – он только собирался ехать сюда впервые. К отправлению было все готово, как неожиданно его руководитель вызвал его к себе. В кабинете с ним сидел тучный мужчина с коротко стриженными седыми волосами.
«Майор КГБ Лукашин», – представился он и окинул цепким взглядом фигуру Дильса. Последний спокойно смотрел на него – лихой тридцать седьмой давно канул в Лету, и ему нечего было бояться. Одни его заслуги на фронте чего стоят, и он гордился этим, про себя гадая, чем же могла заинтересовать его скромная персона представителей госбезопасности.
Однако майор с первой фразы сбил его с толку.
«Ты знаешь, чем рискуешь?» – прямо спросил он.
«То есть?» – не понял Дильс.
Майор сипло вздохнул, выдавая в себе то ли астматика, то ли заядлого курильщика, и сказал:
«Ты слышал про советскую экспедицию, пропавшую два года назад?»
Дильс утвердительно кивнул. Тогда об этом трубили все газеты.
«Так вот, они не пропали. Их нашли в какой-то пещере, все мертвые. Восемь человек, сваленные, как куча тряпья. Причем неясно, отчего они умерли. Но интересно другое. Все те, кто находился в этой пещере, все, один за другим отдали богу душу в течение месяца. Улавливаешь? Я не пугаю, просто излагаю факты, товарищ Дильс».
От Дильса не ускользнуло, что его имя майор выговаривал с едва скрытым пренебрежением, но он привык не обращать на это внимания.
«Далее, – продолжал Лукашин, вытирая лоб не очень свежим платком. – Загадочно исчезает норвежская экспедиция. Они получили разрешение на какие-то исследования, хотя, на мой взгляд, чего там искать? Голые скалы и камни, вот и все. Вроде они что-то нашли и сообщили об этом прессе, но ЧТО именно – не говорилось. Хотели, б…дь, сюрприз сделать? Сделали. У них было два самолета, и был подан сигнал, что они вылетают».
















