Лёд и Пламя

Как только она узнала, что я раскрыл их план использования меня и моих денег в своих целях, она сбежала. Скатертью дорожка. Мне тут не нужны пиявки, сосущие из меня деньги…

Эден схватил Кейна за плечо.

— Ты глупый сукин сын. Эта женщина — лучшее, что тебе когда-либо встречалось в жизни, а ты такой непроходимый тупица, что не видишь этого. Ты должен найти ее!

Кейн сбросил с себя руку и отошел.

— Черта с два! Она оказалась такой же, как и все они, она была просто более дорогой шлюхой.

Кейн даже не увидел кулака, врезавшегося в лицо и пославшего его в нокдаун. Эден стоял над Кейном, пока тот потирал свою скулу.

— Знаешь, что я тебе скажу? — сказал Эден. — Мне, кажется, это тоже надоело. Я устал прятаться от мира. Я провел свою молодость в этих жутких комнатках, похожих на клетки, ничего не делая, кроме как помогая тебе зарабатывать деньги. И что взамен? Единственную вещь, которую ты купил, был этот дом, и ты сделал это потому, что хотел отомстить. Хьюстон как-то сказала мне, что я ничем не лучше тебя, так же прячусь от всего мира, работая у тебя на побегушках. И знаешь, я начинаю приходить к выводу, что она была права.

Эден отошел и потер костяшки пальцев на руке.

— Я думаю, мне пора начинать свою собственную жизнь. Спасибо тебе за все, я получил деньги за эти годы работы ради твоих целей, и у меня припасена на черный день пара-другая миллионов. Я собираюсь воспользоваться ими и постараться зажить собственной жизнью.

Он протянул руку для пожатия, но Кейн ее проигнорировал.

Чуть позже Кейн увидел, как Ян, Джин и Шервин забираются в коляску Эдена, что означало, что в доме, кроме слуг, никого не осталось. Он не стал ждать до утра и уволил их.

Глава 24

Хьюстон даже не сознавала, где находится, когда оказалась в спальне Пам.

— Для начала мы поместим тебя в горячую ванну, а потом ты мне расскажешь, что происходит.

Хьюстон не шелохнулась, когда Пам отправилась наливать ванну. Она уже начинала сомневаться, произошли ли события сегодняшнего вечера в реальности. Она была влюблена в мужчину, который просто использовал ее."

"— Все готово, — сказала Пам, вталкивая Хьюстон в отделанную розовым кафелем ванную. — Ты пока раздевайся, а я пойду посмотрю, как там мой отец.

Благодаря годам тренировки Хьюстон подчинилась, подобно дрессированной собаке, и, когда Пам вернулась, она лежала в большой ванной по шею в мыльной пене.

— Доктор Вестфилд в конце концов успокоил моего отца, — сказала Пам. — Он слишком стар и вряд ли смог бы пережить еще одну такую ночь. Что же такое мог сказать ему Кейн? Единственное, что могло его так сильно расстроить, это что-нибудь связанное с Закари.