Любовь к цветам и маникюру

Арсений не стал настаивать, встал с ее кровати, отошел на шаг, а Ольга спросила, обожгла сарказмом:

– Сень, ты так уверен, что я выйду за тебя замуж? Хотя, о чем это я? Ты ж замуж то меня не зовешь, Быков! Ты ж детей только со мной рожать собрался!

– А куда ж ты от меня денешься то, Оля? Конечно, выйдешь. Я тебя теперь от себя ни на шаг не отпущу. Хватит, один раз уже, дурак, испугался твоей любви. Теперь не боюсь.

– Правильно, нельзя бояться того, чего нет, Сеня! Не надо мне сейчас заливать о своей любви! Ты вообще знаешь хоть, что это такое? Ты знаешь, сколько я слез из-за тебя в школе пролила? Да я же всех твоих подруг по именам тогда могла назвать, веришь? Они, почему-то, все ко мне приходили, чтобы узнать, как им тебя удержать! Ты знал об этом? Нет? А представляешь, каково мне было? Они же все красивые были, все до одной, Сеня! И ни одной из них не приходило в голову, что я рыдаю после их откровений! А потом, в гостинице, Сень, все эти женщины, кляпы, плетки – это тоже все от большой любви ко мне, да? И даже вот эта Марго! Что ты молчишь? Скажи хоть что-нибудь?

– Оль, сказать тебе правду или чтоб красиво было? – он смотрел на нее глазами побитой собаки.

– Правду, Сеня!

– Я в жопе, Оль! Большой и глубокой! Потому что имел их, а думал только о тебе! Да я даже к психологу ходил, думал, что у меня проблемы с головой! Оля, да я к тебе как к женщине прикоснуться боюсь, понимаешь ты это или нет? Ты же маленькая вся, Оль! На тебя же только любоваться можно! И все эти мои игры с плетками от того, что по-другому меня другие женщины не возбуждают, Оль! Другие, но не ты! Да ты вот сейчас, в этой нелепой больничной пижаме, краше и желанней их всех вместе взятых! И я еще больше боюсь к тебе прикоснуться!

Ольга молчала, раздавленная этими признаниями того, кого она когда-то сначала любила до слез, потом так же ненавидела, потом думала, что забыла, пережила и жила дальше.

– Оль, почему ты молчишь?

– Да вот думаю о том, какой ты дурак, Быков! Ты знаешь, что я из-за тебя думала, что я уродина? Да я с парнями только в 20 лет встречаться начала! А знаешь, как я своего тела стеснялась, как ненавидела себя и за свой маленький рост, и за худобу?

– Оля, девочка моя! Ну, прости меня, слышишь? Прости! Твой врач сказала, что тебе нельзя сейчас волноваться, только сплошной покой и положительные эмоции! Хочешь, я тебя в свой дом на озере увезу, будешь там природой любоваться и не думать ни о чем, хочешь? Буду катать тебя на катере, а по вечерам мы будем разжигать камин и слушать пение птиц. Я сам и с Ильей твоим поговорю и бумаги на ваш развод все оформлю, только выздоравливай скорей, девочка моя маленькая! Мой стойкий оловянный солдатик!

– Катер белый, с синей полосой? – задала Ольга неожиданный вопрос и смотрела сейчас на Арсения настороженно.