Любовь к цветам и маникюру

– Да, – Арсений удивленно кивнул.

– А название на борту? – Ольга помолчала и выдохнула, – ""Святая…

– Ольга"".

Арсений и Ольга произнесли это вместе. Она начала, а он закончил.

Арсений одним плавным движением шагнул к кровати Ольги, и уже в следующую минуту она сидела у него на коленях. Они сидели, обнявшись, вцепившись друг в друга, будто боясь, что их кто-то может разлучить. Они молчали и слушали сердцебиение друг друга. А потом Ольга провалилась в сон, и ей опять снился тот дом на берегу озера и двое ее детей, такие смешные и еще неуклюжие дочка и сыночек, играющие в куличики со своим папой. Лица мужа Ольга не видела, но точно знала, что это Арсений. Так бывает во сне, когда ты не видишь лица человека, но точно знаешь, кто это. Вот так и Ольга точно знала, что это Арсений."

"– Ольга Борисовна, к Вам Ваш брат с племянником приехали! Ольга Борисовна! – Ольга проснулась от того, что медсестра гладила, легонько похлопывая, по руке и звала, обращаясь по имени и отчеству.

– Эх, такой сон, испортили! – вздохнула Ольга.

– Я понимаю, извините, но Вам пора делать укол, а потом завтракать! Арсений Петрович просил узнать, какую кашу Вы будете на завтрак?

– Что? Кто? – Ольга решила, что ослышалась.

– Арсений Петрович! Питание Вам будет поставлять его ресторан!

– Чтоо? Его ресторан?

– Да, он договорился! Так какую заказывать?

– Овсянку, сэр! – усмехнулась Ольга, вспомнив старый советский фильм. Кашу из ресторана она еще не ела.

Глава 32. Беды и радости в одном флаконе

Макс приехал на работу и застал привычную картину: Илья спал здесь же, в кабинете, на кожаном диване, а рядом, на полу, лежала почти пустая бутылка из-под водки.

Илья ночевал на работе вторую неделю, с того самого дня, как узнал о том, кем они с Ольгой друг другу приходятся. Пашка жил с Ольгой в их общей квартире, а Илья жил на работе.

– Вставай! С тобой говорит твой будильник! – принялся Макс тормошить Илью. Ответом ему послужило мычание, но Илья сел, правда, глаз так и не раскрыл. Макс включил чайник и поставил две кружки, потом вытащил из рюкзака коробку с бутербродами и еще одну коробку с каким-то салатом и большой пакет с пирожками, поставил все это на стол Ильи.

– Можете проследовать для принятия водных процедур, – объявил он Илье, так и сидевшему сейчас на диване и отчаянно зевающему, – через 20 минут начнут мужики собираться, или ты хочешь перед всеми своим голым задом светить?

Судя по тому, что Илья все-таки открыл глаза и поднялся с дивана, светить перед всеми своим задом он не хотел. Вернулся Илья из душа относительно посвежевшем, на столе его уже ждал кофе, заваренный в кружке Максом и им же приготовленные бутерброды, недопитой бутылки водки видно не было.

– Где? – задал он вопрос, сделав глоток кофе.