Любовь по требованию и без…

– Ты думаешь, к нему в контору может сумоистка прийти? – не отвечая на мой вопрос, ужаснулась подруга.

– Или самбистка, – зловредно дополнила я.

Больше мы не разговаривали до самого конца поездки. Маря тяжело вздыхала, ерзала на сиденье, шевелила губами и опять вздыхала. Наверное, подсчитывала вероятность появления в пределах Лениного взгляда женской сборной по штанге или метанию молота.

А я смотрела в окно и прикидывала, через сколько дней прилетит из Европы мой пасынок, которого я никогда в глаза не видела, зато слышала кое-что неприятное. И как скоро начнется резня за немалое наследство моего покойного супруга, в которой я, скорее всего, благополучно проиграю.

Глава 4

Как я оказалась в этом доме… часть третья

– Подруга, давай, ищи Снежке вариант, – требовательно гудела Марьяна, нависая над нашей бывшей одноклассницей, ныне владелицей процветающего бюро по подбору кадров, Валерией Шолоховой.

В основном Лера занималась подбором домашнего персонала – нянь, гувернанток, горничных, садовников и шоферов, – для богатых, очень богатых и неприлично богатых людей. У ее агентства была отличная репутация, так как Леруська, в свое время закончившая медицинский и пару лет проработавшая психиатром в дурке, умела найти подход практически к любому, даже самому капризному клиенту.

Несколько лет назад, уволившись с веселой работы с наполеонами и цезарями, она взяла в банке кредит и открыла свое агентство.

Дело пошло, и сейчас Валерия Николаевна превратилась в преуспевающую бизнес-леди, чей офис занимал четверть этажа в элитном бизнес-центре недалеко от Кремля.

Как оказалось, первый пункт плана войны с моим пасынком, который мы с Марьяной составили вчера, мы уже выполнили. Во время визита к Лене я подала документы на вступление в наследство согласно завещанию почившего супруга.

И сейчас мы приехали к Лерке во имя исполнения второго пункта нашего гениально простого плана – теперь мне нужно было спрятаться.

Причем спрятаться так, чтобы мой пасынок минимум полгода не мог меня найти.

Не нашел и не прикопал где-нибудь в лесочке, пока я не успела вступить в права наследования. Чтобы после моей кончины спокойно получить состояние своего отца, как единственному законному наследнику.

После короткого мозгового штурма было решено, что мне придется устроиться кем-нибудь вроде горничной в отдаленном, – в тайге, пустыне, на необитаемом острове, – месте. Перекантоваться там эти шесть месяцев в надежде, что бандит-пасынок меня не отыщет.

О парне я знала только то, что он живет за границей, преимущественно в Швейцарии. И что на родину въезд ему долго был закрыт по причине неблаговидных дел, связанных с криминалом.

Мой покойный супруг о сыне практически не говорил. Даже имя его называл всего раз или два.