Любовь в академии

Вот и у стоящего в дверях мужчины шевелюра была серебристой, а еще он выглядел очень молодо, скорее как старшекурсник-практикант, чем солидный преподаватель.

— Заходим. Не стесняемся. Прогулять или заболеть все равно не получится, — вполне оптимистично объявил он. — И кстати, насчет вашего вопроса о первогодках с других факультетов. Пока они развивают каналы, необходимые для создания сложных и мощных заклинаний, вы прокачаете свои тела, чтобы они смогли противостоять многим природным видам магии. Ага. Вижу неизученную кровь!

Вспышка преподавательского предвкушения заставила меня удивленно осмотреться.

Вдруг где-то рядом в самом деле кого-то ранило?

— Люба, это он про тебя, — пояснил Дойл.

Я уже отметила, что возле аудитории он и Майла держались рядом. Остальные ребята ненавязчиво кучковались по трое. Кажется, мое предложение понравилось и прижилось и неофициальные “тройки” начали налаживать отношения. Вот и славно.

— Верно. Адептка Шумская единственная, чей магический иммунитет пока не проявлен.

В серых глазах мужчины блеснуло то самое любопытство, которое сулит объекту внимания огромные проблемы.

Чувствовалось, что сегодня меня назначат любимым подопытным кроликом.

Я шагнула в аудиторию.

Ого! А вот и вольер.

Прокачивать природный иммунитет адептам Третьего факультета предлагалось на небольшой арене, вокруг которой стояли парты. Я нашла подписанную своим именем, но успела только повесить сумочку на спинку стула, как в зале появились двое.

И если с главой факультета защитников магистром Ардом я уже была знакома, то его спутника видела впервые. Это был незнакомый высокий маг, любящий золотые артефактные “нашлепки” на одежде. Похожие я видела у Норгата.

Значит, нас внезапно посетил разрушитель, и это вызывало желание спрятаться под парту или хотя бы внезапно заболеть.

— Ральт, мы с Эгартом поприсутствуем немного на твоей практике, — безо всяких предисловий объявил главный защитник академии.

Магистр Ард даже не просил разрешения у более молодого преподавателя, а поставил его перед фактом. Я почувствовала, как Ральт сначала растерялся, а потом спокойно произнес:

— Не помню, чтобы ректор упоминал об открытом уроке.

— Ты прав. Приказа провести открытую тренировку не было, — нехотя признал тот, кого магистр Ард назвал Эгартом.

— Сочти наше появление дружеской просьбой. Мне и коллеге очень интересен новый набор.

Вот и занимались бы своими группами! К нам-то чего лезть?

Мне пришлось стиснуть зубы, чтобы не ляпнуть это вслух.  Вся надежда была на Ральта, предельно хилая, учитывая его эмоциональный фон и искреннее восхищение магистрами. Наш наставник понимал, что не должен допускать этих двоих на занятие, но все равно кивнул:

— Думаю, мы можем сделать для вас небольшое исключение.