Любовь взаперти

Должно быть, я ничего не замечал, и это то состояние, к которому мне нужно было немедленно вернуться. Стелла была совершенно недоступна. Блядь, у нас общая фамилия. Мы одна семья.

После этого дня я приложил дополнительные усилия, чтобы не смотреть на ее тело, сосредоточившись только на ее лице. Но даже это не помогло делу. Потому что голубые глаза Стеллы и ее дразнящая улыбка преследовали меня по ночам, а иногда даже появлялись, когда я трахал другую девушку. Это было просто невыносимо.

Стелла превратилась в ебаную звезду, сияющую так ярко, что она выжгла себя в моем сознании. Независимо от того, что я делал, образ ее улыбки, ее изгибов вспыхивал, даже когда я закрывал глаза. Это похоже на то, как если бы ты закрыл глаза после того, как слишком долго смотрел на солнце: блики света продолжали плясать на темных веках, напоминая о соблазнительной яркости, от которой ты оторвался.

Я вытер руки от крови. Уборщики позаботились о теле и отрезанных частях тела. Пытать ублюдков Братвы за информацию было одним из преимуществ моей работы, которая в настоящее время была хороша во всем, по всем параметрам, потому что в двадцать три года мой отец хотел показать мне все входы и выходы в каждой области бизнеса в нашем городе, прежде чем я займу его должность через несколько лет.

Мой телефон зазвонил, и я вытер руки, прежде чем ответить на звонок.

— Мауро, мне нужно, чтобы ты немедленно приехал и присмотрел за Стеллой.

Я сделал паузу.

— Я думал, вы сегодня уезжаете в Вермонт.

На каждом семейном обеде, который я вынужден был посещать в последние несколько недель, Фелиситас не умолкала о предстоящей поездке на один из этих суровых роскошных лыжных курортов.

— Да, уезжаем, — нетерпеливо сказал отец. — Но Стелла с нами не поедет.

— Что насчет мелких?

Так я называл своих трех маленьких сводных братьев и сестер.

— Конечно же, они поедут с нами. Фелиситас сойдет с ума, если ей придется расстаться с детьми на неделю.

— Стелла ведь тоже ее ребенок, она это знает, верно?

— У меня нет времени говорить об этом. Приезжай. Ты останешься у нас, пока нас не будет, и будешь защищать Стеллу."

"Он повесил трубку, не дожидаясь моего ответа. Естественно, он ожидал повиновения. В конце концов, его солдаты всегда следовали его приказам, и я, как его сын, был в его глазах немногим больше этого.

Я схватил ключи от машины, вышел из пыточной и поспешил к своей машине, новой модели Астон Мартин, которую отец подарил мне на прошлый день рождения. То, чего ему не хватало в похвалах и привязанностях, он компенсировал деньгами и дорогими подарками в десятикратном размере. Я больше не был маленьким ребенком, жаждавший его любви или одобрения, так что я был в порядке с нашим соглашением.