Любовное зелье колдуна-болтуна

Я припарковала машину чуть поодаль от бараков, прошлась немного пешком, и щебенка набился в подметки. Выходит, именно я виновата в падении официантки Алисы — камешки выпали на пол из моих подошв.

Я опять обулась. Помнится, официантка воскликнула: «Опять она нам их принесла! В прошлый раз Маринка шлепнулась, теперь я. Есть у нас клиентка типа вип…» Коллега мигом остановила разболтавшуюся подавальщицу, стала извиняться и тоже упомянула, что другая официантка недавно поскользнулась на камешке, только тот был не серый, а бордовый… И что? Собственно, почему эти слова кажутся мне очень важными?

Я завела мотор. Мой лучший друг Димон любит повторять: «Проблемы надо решать в порядке живой очереди, а не хвататься разом за все». Сейчас скатаюсь в Медянск, поболтаю с госпожой Вербицкой. А потом вернусь в кафе и поговорю с девушками. Что-то не дает мне покоя бордовый гравий, из-за которого незнакомая Марина получила серьезную травму."

"Глава 21

— Давайте сэкономим наше с вами драгоценное время и, минуя светские формальности, предисловие и вступление, сразу приступим к основной теме беседы, — предложила Валерия Леонидовна.

— Отличная идея, — кивнула я. — Ваш отец изучал старинные книги колдунов Кудрявцевых?

— Не назвала бы их книгами, — пояснила профессор, — скорее, это дневники. Множество тетрадей, переплетенных в кожу. Подавляющая часть записей сделана от руки, а в конце девятнадцатого века, вроде в тысяча восемьсот девяносто пятом году, если я правильно помню, у Кудрявцевых появилась пишущая машинка. В своей первой печатной записи тогдашний глава семьи упоминает о том, как приобрел изделие фирмы «Ундервуд», и очень хвалит его. Господа Кудрявцевы никогда не были бедными людьми. Первые записи датированы тысяча триста сорок восьмым годом.

— Ничего себе! — ахнула я. — Неужели тогда была в ходу бумага?

Вербицкая чуть наклонила голову.

— Да, есть мнение, что на Руси писчая бумага вошла в употребление в первой половине четырнадцатого века. Считается, что ее через Новгород завезли ганзейцы, то есть немецкие купцы. Понятно, что стоило это удовольствие ой как дорого и простому человеку нужно не было. Зачем неграмотному листы для письма? Но Алексей Кудрявцев, который первым писал дневники, был весьма образован. Начальная запись сообщает, что сын Ивана Калиты Семен по прозвищу Гордый, великий князь Московский и Владимирский, повелел знахарю составить лекарство от чумы, которая тогда косила население Европы. Князь опасался, как бы зараза не доползла до его семьи. Алексей сделал снадобье, тщательно каждый день фиксируя, как подбирает его состав, он был не просто лекарь, а очень талантливый ученый. Кстати, тогда еще не Кудрявцев, а Алексей по прозвищу Кудрявый, фамилия появилась позднее.