Любви больше нет

— Конечно, — шиплю, наблюдая как Александра подходит к моей машине. Такая довольная, будто вытащила выигрышный билет. А у меня зубы сводит от ее присутствия.

— Ну что поехали? — пристегивается и, прилежно сложив руки на коленях, смотрит на меня.

Я ничего не отвечаю. Стиснув челюсти, завожу машину и выезжаю с парковки. Почти не дышу. Ее туалетная вода – горьковатая, с нотами шоколада пробивается в легкие, заполняет собой все вокруг.

И теперь ни черта она не похожа на тот аромат, который так любит моя жена.

Глава 6.3

На середине дороги меня все-таки прорывает.

— Ты звонила Елецкому.

Алекса как ни в чем не бывало пожимает плечами:

— Я каждый день ему звоню. И не по разу.

— Ты помешала Антону приехать сюда.

В этот раз она оборачивается и, чуть склонив голову на бок, с интересом спрашивает:

— Тебе он нужен? Мне – нет.

Я охреневаю от такой убийственной наглости, а у нее даже бровь не дергается. Хотя с чего это у змеи должны дергаться брови? Ей реально на все насрать! Игнорируя мою вытянутую от возмущения морду, она лезет в сумочку и достает оттуда конфеты в блестящей обертке:

— Ты слишком напряжен. Съешь конфетку, — протягивает мне на раскрытой ладони и едва заметно улыбается, — у вас таких не купишь. Это наши, крафтовые, особенные.

— Ты, блин, издеваешься? Какие конфеты? — голос сам превращается в рычание, — какими еще словами тебе сказать, что ты здесь не нужна, и что тебе пора валить обратно в свой Норильск?!

У меня терпение на исходе. Ее присутствие вымораживает, выбивает почву из-под ног, заставляет себя чувствовать еще более виноватым. Каждый взгляд на точеный профиль – это как удар под дых, и железным штырем в задницу. Смотрю и не понимаю, какого хрена меня тогда так крыло.

Что же я, дебил, наделал-то? Мозги мои где были?

— Не хочешь? — невозмутимо переспрашивает она, — как хочешь.

Жмет плечами, неспешно разворачивает конфетку и отправляет в рот, на мгновение зажав между алыми губами. Толстый намек на тонкие обстоятельства, от которого меня передергивает. Александра только хмыкает и по-хозяйски прибавляет громкость у магнитолы:

— Песня нравится. Красивая.

Сука, бесит!

Я в сердцах хлопаю ладонью по кнопкам, вырубая на хрен все. В салоне звенит тишина, которую разбавляет лишь гул двигателя и шорох шин по асфальту.

— После сегодняшней встречи, ты переходишь на удаленку.

— В смысле? — ее брови все-таки поднимаются.

— В прямом. Хочешь из отеля работай, хочешь из подворотни. Мне плевать. Но чтобы ноги твоей больше в офисе не было.