Локки 5. Потомок бога

К некоторым из них ржавыми кандалами были прикованы скелеты, чьи черепа испускали мертвенно-бледное сияние, словно креативные уличные фонари.

— Милое местечко, — пробормотал я, пробежавшись взглядом по костям, разбросанным по брусчатке.

Среди них лежали давно проржавевшее доспехи, клинки, топоры и прогнившие остатки щитов да стрел.

— Не наступай на кости, господин, — предупредил старик и осторожно пошёл по дороге, переступая или обходя останки.

— У этой дороги есть какая-то история? — спросил я, двинувшись за ним.

— Историй много, но какая из них правдива, не скажет никто, — просипел Мых, взяв палку в другую руку. — Я могу сказать, что видел сам. Раньше просто топь тут была, а потом глядь — дорога ента появилась. Кто-то скажет, что из топи она и поднялась. Но столбы-то эти, что по краям её стоят, выше восьми локтей, а прежде их не было видно. Значится, глубоко дорога лежала и не могла за одну ночь так высоко подняться.

— Хаос и не на такое способен.

— Есть такое дело, — согласился Мых, блеснув выцветшими глазами. — Но по мне, Хаос её откуда-то перенёс. Не из топи он её поднял.

— Может и так, — пробормотал я, поняв, что моё любопытство не будет удовлетворено. Не узнать мне тайны происхождения Дороги духов.

— Глядите, господин, глядите да не пугайтесь, и их не пугайте, — внезапно поспешно протараторил Мых, вскинув руку.

Он указал на два туманных облачка, появившихся над серединой дороги. Они коснулись лежащих там скелетов и начали вытягиваться, принимая форму людей. Причём местные духи, в отличие от призраков, выглядели более реальными, прям как очень правдоподобные иллюзии."

"Всего за пару ударов сердца туманные облачка обернулись двумя женщинами. Одной было лет шестьдесят, и она носила длинный сарафан. Он облепил её располневшее тело с крупной грудью, свисающей чуть не до пупка. Лицо её напоминало печёное яблоко, а длинная седая коса опускалась до грязных голых пяток.

Второй же женщине на вид было не больше двадцати пяти. Статная, с бледным прекрасным лицом и с серебряной диадемой на чёрных волосах. Последние были заплетены в такую длинную косу, что её пришлось обернуть вокруг тонкой талии. Из-за этого коса напоминала пояс, подчёркивающий широкие бёдра смертной и её сочную задницу, обтянутую тканью светлого сарафана.

— Ну и зад, а волосы-то какие длинные! Настоящая Жопунцель, — восхищённо проговорил я.

— Да, хороша чертовка. И плевать, что сиськи едва не по земле волочатся, а талия растеклась хлебным мякишем, — поддакнул старик, пожирая взглядом старушку. — А я и не думал, господин, что у вас такой отменный вкус.

Я покосился на Мыха.