Локки 4. Потомок бога

— Нет! — выпалила проститутка и злорадно ощерилась, глянув на меня. — Ну сейчас он тебе устроит! Через пару минут ты уже будешь ползать у меня в ногах и называть королевой.

— Думаю, император сильно расстроится, если узнает, что в его владениях есть ещё какая-то королева, — саркастично выдал я, застыв на месте."

"Да, я бы с помощью телепортации мог свалить в туман, чтобы не тратить время на эту шелупонь, но мне захотелось узнать, чем кончится эта история.

— Стой, сука! — выкрикнул бородатый крепыш, выпрыгнувший прямо из того самого открытого окна.

Оно находилось на первом этаже, так что его тяжёлые ботинки глухо ударились об грязную брусчатку.

— А ты не слишком сообразительный, я же и так стою, — усмехнулся я и увидел второго мужика, тоже выскочившего из окна.

Теперь они вдвоём шустро шли ко мне. Один сжимал в руках ржавую трубу, а другой картинно скалил зубы и размахивал ножом.

— Задайте ему, ребята! Будет знать, как честных дам обижать! — раскудахталась проститутка, уперев руки в бока.

— Нашу «честную даму» обижал? Обзывал? Деньги теперь гони! — угрожающе прохрипел бородач, наставив на меня нож. — Иначе вмиг почикаю, понял?

— А если нет денег, то одёжку снимай! — просипел второй, шмыгая красным носом, занимающим чуть ли не треть его круглой рожи, поросшей жёсткой седой щетиной.

— Одежду снимать? — удивился я и брезгливо посмотрел на них. — Вы чего, заднеприводные? Нет, господа, я не из таких. Вы уж как-нибудь без меня воплощайте в жизнь ваши извращения.

— Ты, падла, совсем оборзел⁈ — яростно выпалил бородач.

— Да ткни ты его ножом! — взвизгнула проститутка. — Чего стоишь и обтекаешь? Он же тебя оскорбляет, идиот!

— Заткнись, дура! — бросил ей бородач.

— А вы драться-то умеете, голубки? — скептически посмотрел я на парочку крепышей.

— Умеем! — выдохнул красноносый. — Сейчас я тебе эту трубу в одно место засуну, если карманы не вывернешь.

— Я, пожалуй, отклоню ваше совсем несоблазнительное предложение.

— Да чего вы с ним цацкаетесь, олухи⁈ — снова завизжала проститутка. — Валите уже его!

— Ну всё, тебе конец, сопляк! — пронзая меня взглядом, прорычал бородач, решив, что время дипломатии прошло.

Он прыгнул и махнул ножом, целясь в мою грудь. Мне, конечно, не составило труда перехватить его руку и до хруста в плече вывернуть её. Он закричал от боли, непроизвольно изогнувшись буквой «г», поскольку я всё выше заводил его руку.

— Э-э-э! — зарычал другой крепыш и попытался приголубить меня трубой.

Но я и тут легко уклонился от удара. Труба просвистела рядом со мной, а крепыш подался вперёд, увлекаемый инерцией могучего удара. Я пнул его ногой в колено, помогая оказаться на брусчатке.

Смертный распластался на животе, со звоном выронив трубу.