Ложь без спасения

– В твоем доме? Кто? Лаура, ты не можешь говорить громче? Ты что-то выпила?

– Тебе нужно… – И тут этот странный разговор оборвался посреди фразы.

Надин еще какое-то мгновение слушала тишину в трубке, а затем положила ее. Действительно ли это была Лаура Симон? Она не могла узнать ее голос, но в этом шепоте слышался немецкий акцент. Надин посмотрела на часы: десять минут одиннадцатого. Почему Лаура звонила ей в это время? И вела себя так странно? Почему она не говорила громко и ясно?

«Пьяна, – подумала Надин, – она просто была пьяна. Интересно, она знает что-нибудь?»

Наверное, она знала все. Комиссар, который допрашивал Надин, вероятно, наведался и к Лауре. Может быть, она как раз сегодня, в этот день, узнала, что у ее мужа был роман и что он собирался уехать с другой женщиной за границу, чтобы начать новую жизнь. И что эта женщина была ее близкой знакомой, почти подругой.

Такое наверняка страшно больно.

Или она уже все знала раньше?

Надин впервые задала себе этот вопрос. Петер всегда утверждал, что Лаура ни о чем не догадывается, но на самом деле такое случается редко, чтобы жена на протяжении четырех лет не догадывалась о том, что муж ей изменяет. Хотя Надин и Петер жили слишком далеко друг от друга и не могли позволить себе частые встречи… В течение многих месяцев Петер по вечерам пунктуально возвращался домой с работы. Он не был классическим изменником с постоянными сверхурочными и деловыми встречами.

«Если она этого не знала, то знает теперь, – подумала Надин. – Наверное, напилась до чертиков, и последнее, что она еще в состоянии была сделать, так это набрать мой номер. Это и неудивительно, что именно я сейчас кручусь у нее в голове».

Она прикурила сигарету и снова села на ступеньки.

12Паулина Матье смогла покинуть отель только в четверть одиннадцатого. У нее на работе возникли неприятности: в бельевом отделении недосчитались большого количества полотенец, и с этим делом решила разобраться сама начальница горничных. Все ее подчиненные получили указание строго следить за тем, чтобы они забирали из номеров точно такое же число полотенец, сколько до этого туда приносили, и пока она говорила об этом, Паулина сидела как на горящих углях. Стефан ждал ее на улице под дождем и был, наверное, уже в отвратительном настроении. С каждой минутой он все сильнее промокал, а в конце еще и окажется, что слежка за Паулиной была лишь плодом ее фантазии. Она прекрасно могла себе представить, как муж полночи будет ее пилить. Он и раньше уже так делал, если был чем-то недоволен – если ему не совсем нравилась приготовленная ею еда или вино было недостаточно охлаждено перед подачей на стол, но это не слишком ее задевало. Она просто отключалась и не слушала, а через какое-то время Стефан тоже умолкал.