Лунная колдунья
Меня украли из привычного мира, лишили свободы и поселили в золотой клетке. У меня не осталось ничего, кроме надежды и гордости. И во всем виновен он – бастард последнего императора. Он – исчадье ада, мой тюремщик, мой персональный враг. В него нельзя влюбляться, ибо его любовь – яд для меня. Но бывают вещи страшнее смерти…Я Адель, лунная колдунья, и месть моя будет сладка.
– Ставлю на эльфа, – с азартом выпалила я и тут же осеклась под злым взглядом жреца.
Зато ведьмак усмехнулся очень многообещающе.
– Лорд Августин, – тихим проникновенным голосом произнесла матушка Эмили. – Сейчас не время и не место.
Эльф не стал спорить, лишь поклонился слегка, недобро блеснув глазами в сторону главного жреца."
"Шестеро жрецов в золотых одеяниях внесли в зал здоровенную плоскую каменюку, установили на возвышении и с поклонами отошли. Заиграла странная тягучая мелодия, от которой в животе начала собираться горячая спираль, она закручивалась в воронку, поднималась, заставляя сердце замедлять бег, утягивая из головы мысли, оставляя вместо этого эйфорию и предвкушение.
Все в зале смотрели на камень, по обе стороны от которого торжественно застыли матушка Эмили и его жречество Алексашен.
К камню потянулись пары, все как один с блаженными лицами идиотов, с глупыми улыбками и счастьем в глазах. Мамочки, да их зомбировали! Это если бы меня не спас амулет то я, пуская слюни как дурочка, радостно побежала выходить замуж? Я оглянулась.
– Это благодать Луны, – шепнул тот же голос, который недавно хихикал над ухом.
Я резко дернулась, оглядываясь, но рядом опять никого не нашлось.
– Эй, – позвала тихонько. – Ты где?
– Напротив тебя. – В голосе слышалось веселье. – Смотри не глазами, а даром, ведьмочка.
Последнее слово было произнесено с кудахтающим смехом.
Даром… Я прикрыла на мгновение глаза, как меня учил Август, отринула суету, убрала мысли и волнение. То, что с эльфом у меня не получилось, в этот раз вышло легко и непринужденно.
















