Львиное озеро

Вам показалось, что он не в своем уме?

— Он задавал странные вопросы и всегда передавал ключом.

— Разумеется, иначе он не мог. А что за вопросы он задавал?

— Если хотите, пойдемте ко мне. У меня есть полный отчет обо всем, что я был в состоянии припомнить.

— Хорошо, — согласился я, и мы пошли в контору, где таможенники быстро проверили мой паспорт и перетряхнули чемодан.

Потом вся компания, включая Фарроу и пилотов, уселась в кузов грузовика, и мы поехали по тряской грунтовой дороге, тянувшейся вдоль залива. Аэродром, заслоненный стеной дождя, исчез из виду.

На волнах залива покачивались теплоход и пароход, у самого берега стояли на якорях гидросамолеты, маленькие, едва различимые в тусклом свете. Там и сям над голой землей маячили желтые пятна свежих деревянных срубов, валялись выкорчеванные стволы. Поселок казался похожим на пограничный форт.

Гостиница размещалась в приземистом аляповатом здании, состоявшем из нескольких соединенных брусьями хижин, расположенных в форме звезды. На той стороне бухты виднелись далекие темно-синие холмы.

Внезапно похолодало. Мы с Леддером выбрались из машины, и он показал мне свой дом.

— Поужинайте и приходите.

Я кончил есть в половине восьмого и вышел на улицу, под колючий ветер. Было темно, и звезды в небе казались похожими на льдинки, в вышине горело бледное северное сияние.

Светлые окна в доме Леддера были затянуты оранжевыми шторами. Я постучал в дверь. Открыл мне сам хозяин, рядом с ним стояла маленькая девчушка, в комнате болтали две женщины. Леддер представил меня, и я испытал чувство неловкости, поскольку надеялся поговорить с ним наедине. Комната была слишком жарко натоплена и полна модной мебели в ярких чехлах.

Леддер повел меня в каморку под лестницей.

— Извините за беспорядок, — сказал он. — Я тут как раз ставлю новую аппаратуру. Вот, возьмите!

Я взял лист бумаги, на котором было написано: «Данные о британской радиостанции G2STO».

— Я писал это, зная, что Бриф мертв, — с извиняющейся улыбкой пояснил Леддер. — Кроме того, мне было неизвестно имя вашего отца. Знай я его, все имело бы другой смысл.

Я посмотрел на листок, гадая, при чем тут фамилия отца.

— Он следил за частотой Брифа.

— И не только он, — ответил Леддер. — Но это ничего не значит.

— Как тогда объяснить сеанс связи двадцать шестого сентября, когда отец запросил аварийную частоту Брифа? Разве это не доказывает, что он следил за экспедицией?

— У Брифа был передатчик ограниченного радиуса.

— Но отец все равно следил. Вы это знали, а в отчете написали, что G2STO не могла принять сигнал. Почему?

— Слишком много потребовалось бы совпадений. Во-первых, Бриф был мертв, во-вторых, речь можно вести только о шальном приеме.