Маленькие Песцовые радости

— Хотел бы я узнать, как все это было снято таким образом, что никто из действующих лиц ничего не заметил.

— Артефактом, Константин Николаевич, — ответил Шелагин. — И сразу поясняю, что нападение было именно на Александра и его спутника. Не на иллюзии.

— Рискованно, Павел Тимофеевич, — укорил кто-то. — Я так понял, в настоящее время Александр — единственный ваш законный наследник.

— Их страховали, Александр Петрович, — уверенно ответил Шелагин. — При опасности для жизни мои люди вмешались бы, но надо было доказать злоумышление.

— Неожиданное и неприятное использование целительских навыков.

Н-да… Теперь даже и не знаю, стоит ли иметь личного целителя, который запросто расправляется с княжеской семьей.

— Возможно, Эрнест Живетьев — паршивая овца в прекрасном целительском сообществе, — хрипло сказал император.

— Э, нет, Константин Николаевич, — сказал Шелагин. — Все намного печальней. Но до того, как показать последнее видео, я должен показать вам еще одно.

Еще одним видео оказалась запись с Николаем, которому наверняка споили нужный коктейль, поэтому он фонтанировал ненавистью ко всем, в том числе к своему биологическому отцу и бабушке-Живетьевой.

Покойной матери тоже досталось. Заодно Николай признался во всех преступлениях: и уже совершенных, и только планируемых. После окончания записи Шелагин сообщил:

— Это чтобы вам было понятно, господа, почему я решительно отказываюсь от Николая и не хочу с ним в дальнейшем иметь никаких дел.

— Да уж, Павел Тимофеевич, вырастил ты кукушонка на свою голову…

— И не говори, — Шелагин вздохнул. — Казалось бы, хотя бы уважение должно быть к человеку, который тебя вырастил, а поди ж ты… Но вернемся к Живетьевым.

Вот вам последнее видео, в нем до Эрнеста добрались и заставили отвечать на неудобные вопросы.

Это видео слушали еще внимательней. Видео закончилось, и наступила полнейшая тишина, которая разбилась словами Шелагина:

— Становится понятным, Константин Николаевич, почему вы отказали в признании моего внука еще до того, как я это попросил.

— Я могу только повторить то, что уже сказал: если господин Песцов пользуется административными ресурсами княжества для победы, он не может считаться достойным наследником. Серьезно? Он у вас победитель и по магии, и по фехтованию? Скромнее надо быть.

— Он победитель заслуженно. В чем вы убедитесь, потому что он по обеим дисциплинам будет представлять княжество на имперских соревнованиях.

— Если господин Песцов займет в любой дисциплине одно из трех призовых мест, я утвержу его вашим наследником.

Скепсиса в словах императора хватило бы на весь Совет. Потому что у него административных ресурсов было достаточно, чтобы закопать меня еще на отборочном туре. Но сейчас этот вопрос остальных занимал очень мало.