Маленькие Песцовые радости

Я к нему девочек приставила, он на одну клюнул. Она, правда, зело неуклюжая оказалась. Не смогла в точности выполнить то, что от нее требовалось. Оплошала. Но она у меня под такой клятвой, что как вдовой останется, так участок и отдаст.

Да уж, меня уже и женили, и похоронили, и наследством после меня распорядились. На этом фоне договор о намерениях куда предпочтительней выглядит.

— Неплохой вариант, — признал император. — Так участок точно к тебе вернется.

— Костенька, для решения этого вопроса мне нужна свобода.

— Арина Ивановна, милая, сразу как принесешь клятву — выйдешь на свободу.

— Не будет этого, — буркнула она недовольно. — Давай так. Ты меня отпускаешь, а я оплачиваю компенсацию Песцову за разрушенный дом. И возможно, вообще его отговариваю от этой собственности. Предложу взять деньгами и подобрать что-то в Дальграде на свой вкус.

— Ни одной сделки на его имя в Дальграде не одобрят. Он уже в списке.

— Но мальчик-то этого не знает? Ко мне он хорошо относится.

— После откровений Эрнеста я бы не был в этом столь уверен.

— Согласна, Эрни мне знатно подгадил.

Но Илюша — мальчик умненький. Поймет, что со мной лучше дружить, чем враждовать. В крайнем случае, у меня есть еще одно взрывное устройство. К сожалению, последнее.

— Твои устройства от времени уже повыходили из строя.

— Наверное, попался дефектный экземпляр.

Следующие слова императора заставили меня изрядно удивиться.

— В пространственном кармане держишь?

— Разумеется. Это же такая вещь, которая не знаешь, когда пригодится, — не стала Живетьева отпираться. — А после того, как ты меня дважды ограбил…

— Не выдумывай!

— … я решила там держать все то, что невосстановимо, — невозмутимо продолжила она.

— Места там мало, но сейф, как оказалось, для хранения некоторых вещей не подходит. Знала бы раньше, что ты устроишь, вытащила бы всю взрывчатку и держала бы там реликвию, которую ты украл. И не только ее. Верни хоть целительские записи, ирод!

После этого они минут десять на друг друга орали, не стесняясь в выражениях. Переговоры завершились в пользу Живетьевой. Император ее отпустил, хотя и нагло отрицал свое участие в воровстве сейфа, а компенсацию выбил не только мне, но и себе — за подмоченную репутацию.

Глава 29

Приглашение на Совет в этот раз пришло только на Шелагина-старшего и меня. Шелагина-младшего не пустили даже в качестве родственной поддержки, так что я сидел в комнате ожидания в одиночестве. Не совсем, конечно, в полном, потому что Песец был всегда при мне.

«У меня появилась идея, как заставить Живетьеву отступиться от дома, — внезапно сказал Песец. — Нужно сделать так, чтобы он перестал быть для нее интересным».