Мама по принуждению

Наверное, это все еще послеродовое восстановление и стресс после всего пережитого.

— Я поверить не могу, что едва не потерял тебя, — шепчет Адама, склоняясь, чтобы снова сорвать поцелуй с моих губ.

— Я здесь, — тихо шепчу в перерыве.

Дыхание спирает, ладони становятся влажными, внизу живота скручивается тугая спираль. Я сама не понимаю, как делаю то, что хотела: обвиваю Адама за плечи и прижимаюсь к нему всем телом, чувствую остроту и силу его желания. В моей жизни был только муж и сейчас я понятия не имею, как нужно вести себя в постели с другим мужчиной. Нужно быть настойчивой или, напротив, робкой? Страстной или нежной и романтичной?

Я бы и рада, чтобы Адам подсказал, да только он практически ничего не делает, отдав инициативу в мои руки.

Ну уж нет! Пусть забирает ее обратно, потому что я понятия не имею, что с ней делать!

Усилием воли отстраняюсь от мужчины, кладу ладони на его массивную грудь и отталкиваюсь, ложась на спину. Я глубоко дышу, пытаясь унять дыхание, когда чувствую на себе вес Адама. Он возвращается в исходную позицию, нависает сверху, прожигая потемневшим взглядом и улыбаясь.

— Ты такая смешная, когда смущаешься.

Я не смущаюсь, хочется крикнуть. Мне жутко стыдно и неудобно от неопытности и осознания, что все это время близость между мной и мужем сводилась к тому, что мы поворачивались друг к другу спинами, выключали свет и засыпали. И нет, запрета на отношения от докторов у меня не было, просто… огонь угас, Андрей все чаще уставал, а я… я хотела, но как-то думала совсем о другом. Даже возбуждения, как такового, не было.

Зато сейчас-с-с-с!

Господи-и-и-и!

Я ахаю, когда ладонь Адама обводит контуры пупка, гладит живот, добирается до груди и спускается ниже.

— Хочу тебя безумно, девочка моя, — шепчет он, целуя меня и заставляя забыть обо всем на свете.

Даже если бы я и хотела, все равно не смогла бы его оттолкнуть, потому что моя женственность неожиданно оказалась сильнее разума. Мне вдруг захотелось почувствовать себя желанной, любимой, красивой. Я со всей страстью, на которую только способна, отвечаю на его поцелуй, провожу языком по губам Адама и безмолвно выгибаюсь от ласк, что он мне дарит.

— Какая же ты красивая, Ангелина, — шепчет Адам, целуя мои скулы, щеки, рот, шею, покрывая поцелуями все тело."

"Мне даже кажется, что ни единого миллиметра моей кожи не осталось без его поцелуя. Я закрываю глаза, обнимаю Адама за шею и обвиваю ногами его бедра, желая почувствовать мужчину еще ближе к себе. Сейчас для меня больше не существует сомнений, которые были несколько минут назад. Я полностью во власти того, кто отчаянно украл мое сердце и не желает отдавать его обратно.

Мы сливаемся воедино, мое тело полностью расслабленно, руки обвивают шею мужчины, а губы неистово отвечают на поцелуй.