Марь

— Есть хочешь? — спросила баба Марфа, щурясь на солнце.

— Хочу, — сказала Стеша, а потом добавила: — Очень хочу, бабушка.

К обеду явился Серафим. Был он тих и мрачен. Поприветствовав Стешу, он тут же уединился во дворе с бабой Марфой. О чем они разговаривали, Стеша не слыша, только видела из окошка прямую спину бабы Марфы и растерянное лицо Серафима. Обратно в деревню он ушел, даже не попрощавшись. А вечером ветер принес сладковато-тошнотворный запах гари. Стеше очень хотелось бы, чтобы горели торфяники. Но горели не торфяники, горела деревня. Одна из двух ближайших к болоту деревень.

Одна из тех, которая провинилась…

— За что? — только и спросила Стеша, вглядываясь в черные клубы поднимающегося над лесом дыма.

Баба Марфа ничего не ответила. Губы ее были плотно сжаты, а морщины сделались еще глубже.

Ответ на свой вопрос Стеша получила той же ночью. В их дверь постучали. Это был тихий, едва различимый стук. Сначала в дверь, а потом в окошко. Стеша, задыхаясь от страха и неожиданности, вскочила, выбежала в переднюю комнату. Там уже зажигала керосинку баба Марфа.

— Это они? — спросила Стеша шепотом.

Сейчас, в этот темный час, ей было совершенно все равно, кто «они». И угарники, и немцы казались ей равноценным злом.

— Это не они, — сказала баба Марфа, отодвигая занавеску на окне. — Иди к себе, Стэфа."

"Конечно, она никуда не пошла! Вместо этого схватила со стола кухонный нож. Баба Марфа проследила за ее действием не осуждающим, а скорее отсутствующим взглядом и вышла в сени. Лязгнул засов, послышались тихие взволнованные голоса. Стеша вздохнула с облегчением. Это были не «они». Через пару мгновений в комнату ввалились двое мужчин.

Они волокли третьего, который едва переставлял ноги. На Стешу ни один из них даже не взглянул. Они смотрели только на бабу Марфу и слушали только ее.

— Оружие кидайте тут, — командовала она. — И не шумите, дите мне разбудите!

Только сейчас Стеша заметила, что все трое вооружены. Партизаны. Партизаны или подпольщики! Сердце забилось быстрее и сильнее. К ним в дом пришли люди, которые борются со злом с оружием в руках. И им, этим людям, требуется помощь. По крайней мере, одному из них.

— Что с ним? — спросила Стеша шепотом.

— Ранен, — коротко бросил один из мужчин.

 — Куда его, тетя Марфа?

— Кладите прямо тут. — Баба Марфа проворно стянула со стола скатерть, а мужчины бережно уложили на него своего товарища. — Раздевайте!

— Я помогу! — Стеша бросилась к раненому, дрожащими от волнения руками принялась расстегивать куртку.

Он был еще молод, не многим старше ее самой. На его бледном, искаженном от боли лице выступили капли пота. Стеша попыталась нащупать пульс на сонной артерии. Пульс был едва различимый, а дыхание частое и свистящее.