Матабар (СИ)

— Вы только не подумайте! Я не бешенный и не пьяный от крови! Я охочусь только когда голоден, никогда не беру лишнего и следую всем законам охоты и…

— Я и не сомневаюсь, — она накрыла шерстяной ладонью его плечо. — Эргар хорошо тебя научил. Если бы твоя стая все еще ходила бы нашими тропами, то могла бы гордиться тобой. Ты достойный охотник, Ардан.

И тут Арди спохватился.

— А откуда вы знаете мое полное имя? — спросил он настороженно."

"— Я смогу ответить на твоей вопрос искренним и честным ответом, только если ты ответишь на мой, — будто бы даже с надеждой объяснила волчица.

— Не потому, что не хочу, а потому что не смогу иначе.

Арди собрался с духом, кивнул и продолжил.

— В конце этого сна меня так переполняет злоба и ненависть, что… я очень громко кричу огню и пламени вокруг, чтобы оно сожрало и уничтожило того, кто спрятан в нем.

Волчица замерла, она, кажется, даже больше не дышала.

— И оно ответило на твой зов?

— Я…

Ответ Арди потонул в грозном рыке, сотрясшим камни и скалы.

— ДОСТАТОЧНО!

Внутрь пещеры, сквозь провал в её вышине, ворвалась снежная буря. Из её центра летели молнии, обжигавшие и плавившие камни.

Огромные ледяные глыбы разбивались о своды, откалывая от них тяжелые валуны, а штормовой ветер поднимал тех словно щепки и вновь обрушивал вниз. Ярость бури была так сильна, что даже воздух вспыхивал синим огнем и стонал под натиском чужого гнева.

Ни одно живое существо Алькады не смогло бы даже дышать в присутствии подобного, но…

Волчица поднялась и в её лапе появилась длинная палка. Выточенная из белого дерева, покрытая странными узорами — такая простая и неприметная на фоне бури. Она слегка, едва-едва коснулась каменного пола и тот на мгновение обернулся встревоженной озерной гладью, волнами разойдясь в разные стороны; и странный звон заполнил пещеру.

Но лишь на миг. Очень краткий. После чего волчица произнесла тоже самое, что и буря недавно:

— Достаточно, — но сказала это тихо и почти неслышно.

И все замерло. Шторм унялся. Ветер стих, но валуны и камни не упали — легкими перьями они опустились вниз и спокойно улеглись на полу. Погасли молнии, а ледяные сосульки вернулись на те места, откуда их сорвало и попросту приросли обратно. Арди же, с удивлением, увидел стоящего на крыше целой и невредимой хижины могучего барса.

Эргар явился за своим учеником.

— Учитель, я…

— Замолчи, — рявкнул барс. И не так, как обычно. Не строго или грозно, а… словно расстроенно, разочарованно и примерно с той же интонацией, когда Эргар злился, если наступал в грязный снег. — Ты уже достаточно сказал и сделал.

Несколько мгновений волчица и барс молча смотрели друг другу в глаза, пока учитель первым не нарушил молчание.

— У тебя не было никакого права приводить его сюда, — прорычал он гулко.