Матабар (СИ)

— Я знаю, Гроза Горных Пиков, — слегка склонила голову волчица. — И, клянусь именами Королев, будь у нас иной путь, я бы так не поступила.

Эргар прогудел что-то непонятное, после чего спрыгнул с крыши хижины и подошел к Арди. Последний не двигался. Обычно, он был уверен, что Учитель не причинит ему вреда, но сегодня… сегодня что-то заставляло Арди сомневаться в этом утверждении.

Барс обнюхал ученика и недовольно фыркнул, повернувшись обратно к собеседнице.

— Ты забрала мои слова.

— Только их часть, — не отрицала волчица.

— У тебя…

— Не было права, — перебила она.

— я знаю, Эргар, старый друг. Но я не помню, чтобы и тебе Королевы давали право решать за наших братьев и сестер какими тропами им идти.

Эргар распахнул пасть и зарычал так сильно, что несколько сосулек упали вниз и разбились на сотни осколков. Арди стоило больших усилий, чтобы сдержаться и не рухнуть на колени, закрыв уши ладонями. Ладони… какое знакомое и приятное слово.

— Братья и сестры, — сверкнули дикой охотой глаза Учителя. — И где они теперь, Эан’хане? Где теперь, наши братья и сестры? М? Скажи же мне… ну? ОТВЕТЬ!

И очередной рык раскатами бури прокатился по пещере.

Эан’хане… кажется, Арди помнил какие-то истории связанные с этим словом. Только вот какие и откуда?

— Их больше нет, старый друг, — слова Говорящей звучали так же жалобно и разбито, как, наверное, звучало бы сердце медведицы, не успей охотник вовремя.

Эргар фыркнул и, словно на охоте, начал обходить их обоих вокруг, гневно стуча хвостами по бокам.

— И кто же их всех убил, о мудрейшая из нас?

— Люди, Эргар. Их убили люди.

— Именно! — рявкнул барс.

— Эти жалкие создания, не знавшие ни первых песен, ни того как зажигались звезды, ни как прокладывались тропы. Они лишь пришли и отобрали. Все, что у нас было. Все, что мы есть. Они уничтожили наши святые земли, они пролили кровь тех, кто стерег законы и уклады. Они болезнь. Они черви, отравляющие наши края. Они закрывают землю мертвым камнем и пытаются порезать небеса стальными когтями! Из их пасти поднимается отравленный черный дым… НЕНАВИЖУ!

И клыки Эргара сомкнулись всего в сантиметре от затылка Арди. Тот не дрогнул.

Нет… Учитель не мог… не мог причинить ему вреда.

— Я чувствую твой гнев, Гроза Горных Пиков, — не двигалась и волчица, пусть Арди и видел краем глаза как все крепче сжимали её странные пальцы-когти белую палку. — Но ты не можешь изменить того, что есть. В нашем последнем детеныше течет кровь обеих стай. Своими словами ты спрятал ненавистное тебе племя. Запер его внутри сердца детеныша, а вместе с ним и его дар."

"И снова могучий рык. Охотник не помнил, чтобы Эргар хоть раз показывал такой гнев.