Матабар (СИ)
Все мы слышали легенды про великих магов, но знаем ли мы как эти истории начинаются? Ардан Эгобар, юноша живущий в отдаленном уголке Империи Новой Монархии, не знает. Не знает, что эта история про него. Пока не знает... В мире где пыхтят паровозы на железных дорогах, где в небесах застыли громадные дирижабли; где в городах можно встретить одетых в пиджаки орков, промышляющих рэкетом; дворфов с сигарами, держащих в своих руках крупные банки; или эльфов, дефилирующих по модным бульварам. Где люди построили огромные страны, стоящие на пороге мировой войны. В этом мире возможно, пожалуй, все. И, может, в таком мире даже обычный парень, последний представитель расы горных охотников, сможет, однажды, стать величайшим магом в истории?
— Тебе ведь не очень больно, правда?
— Не боль, — покачал головой Арди и уселся на пол рядом с подносом. — Шкура матабар крепкий. Мой мягче. Но крепче человек. Быстро заживать. Мало боль.
На лице брата отобразилось явное облегчение и он, еще немного постояв, уселся рядом. Арди же, недолго думая, аккуратно взял чашку со сладким, вязким напитком. Вернее — он думал, что взял аккуратно. Но та едва не вывалилась из его неловкой хватки. Пришлось буквально вцепиться в край зубами, едва не расколов глиняный материал. Арди застыл, ожидая испуга со стороны брата, но тот только засмеялся, после чего тут же стушевался.
Арди же, вздохнув, отпил немного содержимого и, раскрыв глаза от удивления, буквально за мгновение осушил кружку, а затем еще и облизал донышко.
— Я знал, что тебе понравится! Это какао! Я его обожаю! — радостно воскликнул Эрти, а затем добавил расстроено. — Только оно вкуснее, когда горячее, но я не умею включать плиту.
— Какао, — повторил Арди и вытянул ладонь.
Брат сжался в комочек, но не шелохнулся. Его брат не был трусом и, возможно даже, оказался храбрее чем сам Арди. Во всяком случае, охотник, взъерошив волосы Эрти так же, как когда-то их взъерошивали ему самому, не ощутил от последнего запаха испуга.
— Спасибо, — произнес Арди и, не без труда, даже учитывая наличие клыков, откусил кусок хлеба.
Эрти смотрел на него и улыбался. Чисто и искренне. А затем, вдруг, стушевался.
— Ты ведь больше не уйдешь, да?
Арди застыл.
— Я слышал, что сказал папа, но это все глупости! Что это значит — им не нравится, что ты будешь жить с нами?! — Эрти сжал маленькие, розовые кулачки. Неужели и Арди был когда-то таким же крохотным.
Он повернулся к Арди и посмотрел на него как-то… как-то сродни тому, как, наверное, когда-то Арди смотрел на отца.
— Ты только не уходи, ладно? — прошептал он. — Мне просто кажется, что ты хочешь уйти. Но ты не уходи… ты когда пришел, мне вдруг так спокойно стало… и я точно знаю, что больше не буду видеть кошмары… но ты не из-за этого оставайся. А просто оставайся. Хотя бы ненадолго. Мы ведь…
Чем дольше Эрти говорил, тем больше его глаза наполнялись влагой, а нос шмыгал соплями, да и сами слова звучали неразборчиво.
— Ты брат, — проговорил он, чувствуя, как и у самого в горле застыл ком. — Один племя. Одна земля. Я быть рядом ты. Не переживать. Я стеречь от кошмар. Прогонять страх.
— Ты не уйдешь? — повторил Эрти.
« Никто, кроме тебя, не позаботиться о Шайи и Эртане.»
Арди покачал головой.
— Не уходить.
Эрти кивнул и опустил голову на его плечо.
— Можно я останусь с тобой этой ночью? Я не буду мешать.

















