Матабар (СИ)

Из плотной коричневой ткани, подбитая местами кожаными полосками для крепости, она была украшена символами, которые можно встретить лишь на священных землях Матабар. Раньше Арди не знал их смысла, а теперь взгляд на них одновременно согревал сердце и делал немного грустно.

Он достал изнутри толстенную книгу с большой надписью золотистыми буквами « Учебник арифметики, 6ой класс, общеобразовательный режим». Рядом легла тетрадка и баночка с черной, густой водой — чернилами. В неё нужно было макать ручку с железным пером, затем поворачивать небольшую шестеренку и чернила втягивались внутрь.

После чего можно было писать, регулируя жирность букв силой надавливания.

На словах — ну вот вообще ничего сложного. А на деле Арди, за дни, проведенные на чердаке, измазал все руки и лицо, но так и не смог написать ничего путного. А писать он любил. Атта’нха часто просила его записывать что-нибудь из свитков и книг Фае. Волчица уверяла, что так лучше усвоится, потому что помнить будут не только глаза, но и руки. Вот только писал там Арди такой хитрой палочкой, оставлявшей едва видимые серые нити на любой поверхности.

Даже на воде.

Она чем-то напоминала легший рядом с ручкой карандаш, заботливо наточенный Шайи. Только куда удобнее и долговечнее. Во всяком случае палочка уж точно не ломалась, стоило Арди её слишком крепко стиснуть.

Убедившись, что все принадлежности на месте, Арди прищурился и поправил пальто, лежавшее рядом с ним на парте. Куда его девать он так и не догадался, но решил, что ситуация разрешится как-нибудь сама собой."

"Потянулись минуты, за которыми Арди следил по неспешной прогулке стрелок на часах.

Вскоре на востоке над прериями и степями запылал горячий рассвет, заливая небо светом весенних цветов, обещая жителям, что зиме однажды придет конец. Лучи солнца беззаботно отплясывали на стекле, проникая внутрь класса и заводя хороводы с пылинками, ставшими отчетливо видимыми.

Арди принюхался, а затем резко повернулся к окну рядом с собой.

— Ой, — прозвучал знакомый голос, а затем послышался звук падения, хруст снега и чьи-то спешные разговоры.

— Невий! Может будешь поменьше таскать у твоей матери булочки?!

— И вообще попробуешь питаться чем-то кроме них!

— Кевин весит ничуть не меньше!

— Но он хотя бы не предлагает дурацкие идеи!

Арди придвинул лицо чуть ближе и увидел, как внизу, в снегу, копошились детеныши, двух из которых он узнал.

Немного тучноватый, крепко сбитый, с мешковатой одеждой. Его звали Невий. А ту, что стояла слегка в стороне от кутерьмы, где оказались сразу несколько пар рук и ног, стройная (чего не скрывали ни шубка, ни школьные одежды) с длинной косой, яркими глазами и слегка розоватыми щеками — Анна.