Матабар (СИ)

Тот путешествовал среди людей и иных первородных, но не мог вернуться домой ибо Королевы и Короли Фае прокляли его за ослушание. И перед смертью, в последний миг, рыцарь спрашивал у ветра — вернется ли он домой.

История так и не открывала финала, давая возможность слушателю самому решить участь рыцаря.

Арди всегда надеялся, что Маренир, так звали того героя, все же смог попасть обратно и его встретили с почестями и праздником.

— Ступай, Арди, — прокряхтел дедушка, опять заходясь в кашле. — молодым не пристало проводить время со стариками. Обними мать, поиграй с братом.

А я посплю. Устал… Ступай.

Арди кивнул и, поднявшись, еще раз проверил, чтобы одеяла были подоткнуты, а масла в лампе достаточно — как бы ни был ясен взор дедушки, но ночью тот уже плохо видел. Когда Арди уходил, то услышал, как дедушка едва слышно напевал простую мелодию.

Миновав кухню, где уже убрали посуду и приборы, Арди заглянул в гостиную, но и там никого не обнаружил — только тлеющие угли в камине и закрытую книжку, валявшуюся на одном из кресел. Эрти, как и его старший брат, обожал читать.

Поднявшись по лестнице, Арди услышал мерное сопение, раздающееся за одной из дверей.

Его мама с Келли уже спали. Это у молодых, даже несмотря на подработки, сейчас лето и, в отсутствии школы, много свободного времени и сил. У более старшего поколения людей даже в свой единственный выходной находились дела.

С этими мыслями Арди постучался в дверь комнаты брата, но с удивлением не обнаружил за ней последнего. Если не у себя, не на кухне и не у камина в гостиной, то в доме имелось еще всего одно место, где мог находиться Эрти.

Арди выдохнул, взял себя в руки, и вошел в последнюю из комнат на этаже.

Небольшая, но достаточно просторная, чтобы вместить маленькую кроватку, над которой свисали деревянные игрушки в виде волшебных птиц и зверей. А еще здесь стояли шкаф, тумбочка, на полу лежал ворсистый ковер, а на подоконнике единственного окна сгрудились горы пеленок, распашонок и прочего миниатюрного белья.

Около кроватки на табуретке сидел Эрти. Он подрос за это время и, кажется, даже если кровь матабар в нем и не проснется, то младший брат вырастет куда больше и крепче обычного человека. Даже сейчас он скорее выглядел не семилетним мальчиком, а двенадцатилетним.

Точно так же, как новенькие ковбои на ферме часто путали Арди с юношей лет семнадцати.

— И вот, рыцарь Маренир поднял меч, но в последний момент сдержал порыв и не отрубил голову падшему Барету. Он пощадил того и сказал: « Смерть станет для тебя слишком легким избавлением, несчастный. До конца своих дней ты будешь искупать совершенные грехи», — Эрти перелистнул страницу, после чего заглянул в кроватку и поправил одеяло. Кена, их единоутробная сестра, мирно дышала.