Матабар (СИ)

— Ну, теперь мы знаем, кто ранил Шагальщика, — сплюнул Йонатан и повернулся к Кальдрону. — Бери своих людей, старик, и поднимайтесь с ними на холм. Если прорвутся через баррикады — стреляй. Если совсем хреново будет — то сперва стреляй в женщин.

На этих словах Кальдрон едва воздухом не подавился.

— Это Шанти’Ра, — процедил Йонатан. — и ты не хуже моего знаешь, что они делают с человеческими женщинами. У племенных коров участь лучше.

Кальдрон грязно выругался, после чего развернулся и вместе с подчиненными направился за кордон из дилижансов.

— Катерина.

— Да, капитан, — кивнула девушка и поехала следом за маршалами.

— Патроны не жалей! — крикнул ей в спину Плащ.

Та, не оборачиваясь, подняла над головой неприличный жест и скрылась за баррикадами.

Ардан все это время вглядывался в стену мрака. Они с Эллини стояли в дозоре в километре от лагеря. А застрелили её с расстояния метров в семьсот (о том, что среди орков, скорее всего, был такой же меткий стрелок, как Катерина, размышлять не особо хотелось), а с начала разговора прошло уже не меньше полуминуты.

Орки должны были уже быть здесь. Но в степи, если не считать плача детей, звенела тишина.

— Парень, — Ардана, выдергивая его из лабиринта мыслей, окликнул Йонатан. — спешивайся, забирай у Марта свои посох с книгой и поднимайся на холм. И чтобы я тебя не видел и не слышал. Если все будет хреново и мы обосремся, то беги.

Арди показалось, что он ослышался и потому никак не отреагировал, а уже в следующее мгновение ему прилетела пощечина и его схватили за грудки.

Йонатан, едва не выдергивая подопечного из седла, притянул к себе. Вглядываясь в глаза Плаща Арди заметил, как постепенно удлинялись и истончались зрачки Йонатана, все меньше походившие на человеческие.

— Делай, как я говорю, — не хуже барса прорычал Плащ.

— Я могу помо…

— Не спорь! — рявкнул Йонатан. — Ты думаешь мы тут в игрушки играем?! Каждый, кто находится здесь, головой отвечает за твою сохранность, идиот! Головой и семьями!

И в этот момент Арди понял все то, что прежде не укладывалось в его картине происходящего. Зачем Йонатану так сильно стараться, чтобы быть уверенными в благополучии семьи пленника, почему он так легко продал Глеба, из-за чего был готов перестрелять маршалов и многое другое.

Ответ был прост.

Арди действительно являлся ценным грузом. Настолько ценным, что вторая канцелярия была готова разменять на его жизнь несколько жизней своих сотрудников.

Кивнув, Ардан развернул коня и направился в сторону вагончика Марта.

— Парень, — окликнул его Йонатан. Ардан не обернулся. — Береги яйца.

К тому моменту, как Ардан доехал до вагончика Марта с той стороны черной завесы послышался голос, который он бы не забыл даже если хотел этого.