Матабар (СИ)

Кроны деревьев встрепенулись и потянулись ветками к волкам. Плетьми они били их по загривкам, стегали по животам и мордам. Волки кружили между ожившими ветвями, прыгали и юлили, пытаясь откусить хлеставшие их древесные жгуты, но у них не получилось.

— Хранитель! — воскликнул вожак, на чьей морде добавилось алых порезов. — Это наша добыча!

— Да что ты говор-р-ришь, безумец.

И прямо за спиной волков из леса дикой молнией, рассекающей плотные небеса, появилось нечто. Нечто, по чьей шерсти струились зеленые узоры, напоминающие собой лес, едва-едва проснувшийся по утру и сверкающий изумрудной капелью холодной росы.

Это нечто зарычало и на этот раз ожили не ветви, а травы. Они спутывали лапы волков, кидали тех на землю и пронзали плоть бесчисленным множеством лезвий.

— Уходим! — завыл вожак. — Быстр-р-рее!

Кое-как освободившись из травяного плена, израненные, побитые и окровавленные, подгоняемые стегающими спины ветвями, волки побежали вглубь леса, но Арди еще какое-то время слышал их визги и крики.

Арди, все еще сжимая клык Эргара, пригляделся внимательней. То, что ему сперва показалось валуном, на поверку оказалось медведем.

Только куда больше, чем любой другой из косолапых, что прежде встречались юному охотнику. Стоя на задних лапах, ростом он едва ли не дотягивался до середины ближайшей ели. Лапы венчались куда большим количеством когтей, чем было назначено природой, а шириной туловища он мог посоперничать с горным утесом.

Но самое странное — его шерсть. С виду самая обычная, бурого окраса, достаточно плотная, чтобы согреть в холода и спасти от косого укуса, она… сверкала?! Нет, Арди так лишь показалось.

Сверкала вовсе не шкура медведя, а то, что покоилось поверх неё. Будто медведь своей могучей лапой сорвал лоскут с западного неба, лишь едва-едва обласканного Духом Дня. Сине-золотое одеяние, усыпанное засыпающими звездами, украшенное узорами весенних ветров, парящих среди сияния уходящей ночи.

Арди повернулся и замер еще сильнее, если это вообще было возможно в его ситуации.

По другую сторону от него стояла рысь. Едва ли многим меньше Эргара, обладающего размерами двух ирбисов, вставших друг другу на плечи.

Кисточки на её ушах затвердели и напоминали высокие пучки травы, а по серой шерсти струились вечно меняющиеся узоры цвета свежей листвы. Они танцевали по поверхности шкуры, иногда сливаясь в нечто… нечто… кажется… это называлось символом?

— Кто… кто вы такие? — произнес Арди, напрочь забыв все уроки и наставления учителя.

— Королевы… — просвистела рысь. — Что они сделали с нашим маленьким Арди.

— Это все Эргар, — гулким басом громыхнул медведь. — Он спрятал его сердце.