Мажор для профессора

Какой отец, такой и сын.

— И на кой чёрт мне твой шанс? — спрашиваю его.

И в кого сыночек такой фигурой пошёл?

— Шанс, продать мне комплекс за городом и жить дальше нормально, — нотки угрозы в его голосе невозможно пропускать мимо ушей.

Но меня точно пугать не стоит, этим не возьмёшь. И вообще, хочешь что-то сделать — делай, а не чеши языком.

— Зачем он тебе сдался, этот комплекс? — спрашиваю я, глядя на него.

— Это не твоё дело, — сжимает кулак, чем доказывает, что он явно что-то скрывает.

— Загорский, — выдыхаю и подаюсь вперёд. — Я тебе два раза уже сказал, повторю в третий, и, надеюсь, последний: ничего я тебе не продам. — Встаю со стула и застёгиваю пиджак.

— Ты не знаешь с кем связался!.. — сцедит он через зубы.

— К твоему счастью — знаю. — Разворачиваюсь и выхожу из ресторана.

В девяностых Загорский построил свою империю, поднимаясь по головам, как и многие другие в то время. И у таких людей тогдашние методы и понятия остались. Вот только время изменилось, и такие действия уже не работают.

Позвонил Славе, как только сел в машину, и, услышав, что в клубе всё в порядке, я поехал домой. Завтра эта чёртова игра, и мне надо быть в форме, чтобы не опозориться. И так жду какой-нибудь херни от Демьяна, его фраза так и крутится в голове.

«Будешь так на меня орать, уйду на хрен, и тебе придётся играть за меня».

15

Серёжа

С утра на взводе, вроде взрослый человек, прошёл через многое, а тут футбольный матч, из-за которого почти не спал, и сейчас весь на нервах.

— Ребят, давайте забудем обо всех недомолвках и прочих ваши неприятностях. Сегодня мы команда, и на поле нас ждут соперники, которых мы должны размазать! — на одном дыхание выпалил я. — Договорились? — спрашиваю всех, но взгляд невольно падает на Загорского-младшего.

— Да всё будет нормально, — ответили парни, Демьян же промолчал, так же смотря мне в глаза.

На лицо полня серьёзность, и не намёка на насмешливость или признака, что он может специально налажать. Как бы не хотелось это признать, но он играет лучше всех, и без него мы точно проиграем.

— Отлично! Тогда удачи нам.

Парни в бело-зелёной форме вышли из раздевалки, все кроме одного.

— За задницу свою боишься, профессор? — а вот и привычная усмешка на красивом лице. Тьфу, бля, нашёл время о привлекательность Загорского думать.

— Иди, Загорский. — Я головой кивнул на выход.

Если отвечу тем же, хрен знает, что этот придурок натворит, так что промолчу, а после игры выскажусь.

Подбадривающие крики, свист и аплодисменты раздались с трибун, когда ребята вышли на поле. Пару минут, и игра началась. Я не мог на месте устоять. Что-то кричал, указывал, направлял. Так волнующие не было, даже когда шли с Маратом на дело. Но всё это того стоило, и потраченных нервов, и поцелуя в душе со всеми его последствиями.