Мажор для профессора

Какого он вообще здесь делает? Откуда он взялся на мою голову? И… Где теперь его искать? А зачем? Что я ему скажу?

Извини, что наорал, я просто тут… Скучал, вспоминал и мечтал почувствовать вновь то сумасшествие от нашего поцелуя. А ты за это время загорал где-то на пляже.

Пиздец!

Как последний алкаш уснул на кровать в одежде. Проснулся с дикой жаждой, набросился на бутылку минералки, что стояла на столе. Посмотрел в зеркало, и мне не понравилось то, что я увидел. Такому человеку как я не подобает такое поведение и такой внешний вид. Надо с этим заканчивать."

"Принял душ и переоделся в свежую одежду, после чего выхожу на улицу и, встретившись с моими друзьям, отдаём ключи от домиков и возвращаемся в город.

Так себе выходные, выпустил пар называется.

Вернувшись в прежний ритм своей жизни, я пытаюсь сделать вид, что не было никакой встречи, что всё по-старому, и тону в делах. Но мне мало, что удаётся. Цифры смешиваются, буквы плывут, никакой сосредоточенность и концентраций.

Прошла неделя после нашей внезапной встрече, а я никак в себя прийти не могу. Чувство вины грызёт, что не послушал, не дал ему сказать, и что я вообще не имею никакого право вести себя подобным образом. Он мне ничем не обязан, как и я ему. Да поцеловал, да перевернул мою жизнь, уехал хрен знает куда, но он мне ничего не обещал, и вообще, мы ни о чём не говорили. Так что не вижу причин обвинять ни себя, ни его хоть в чём-то. Значит, всё так и должно быть, у каждого своя жизни.

— Как идут дела? — спрашиваю Стаса, пока мы сидим в одном из кафе недалеко от его салона. Проезжал мимо и позвал его на кофе.

— Всё… — Он не договаривает, так как его телефон начинает звонить. — Кир? — отвечает он на звонок и слушает собеседника на том конце провода.

Его лицо меняется, он хмурится и переводит взгляд на меня. Интуиция подсказывает, что ему сообщили плохую новость.

— Я понял, можешь на меня рассчитывать, сегодня же свяжусь с поставщиком, и он отправит мне все нужные запчасти. До связи. — Стас отключается, возвращает телефон на стол и поднимает глаза. — В общем… — замолкает, отчего я начинаю нервничать.

Что ему там сообщили? Обокрали? Новую партию тачек задержали? Или с мелкой, не дай бог, что-то случилось?

— Говори, — тороплю я его.

— Ночью была гонка и… Демьян разбился.

20

Серёжа

Разбился… Разбился?! Он разбился…

Перед глазами туман, в ушах неприятный звон. Мир замер. Не дышу. Кровь застыла в жилах. Хочу спросить, но боюсь услышать ответ.

— Он сейчас в больнице.

Резко встаю, стул падает на пол с грохотом, привлекая внимание посетителей кафе.

— Где? — спрашиваю, чувствуя, как сердце заколотилось.

В больнице, значит — жив!

Стас называет номер больницы, и я лечу к машине, не разбирая дороги.