Меч ислама

— Тогда, думаю, это все. Я не вижу смысла в вашем пребывании в Неаполе, если, конечно, вы сами не пожелаете остаться.

— Пожелаю, синьор? У меня слишком мало времени, чтобы терять его здесь. Мне нужны лишь сведения о последнем местонахождении Драгута.

Филиппино разразился угрозами в адрес Просперо и пообещал, что никто и не вспомнит о Джербе, когда с ним будет покончено.

Даже невозмутимо холодный наместник вышел из себя.

— Вы хотите узнать о Драгуте? Ну что ж. От Корсики он отправился на запад, чтобы разорить Балеарские острова под самым носом у императора.

 — И он вкратце изложил детали этого опустошительного набега к вящему ужасу слушателей. — Известия об этом кровавом рейде дошли до его величества одновременно с вашим письмом, где вы сообщали, что надежно обложили корсара и его уничтожение неизбежно. Думаю, чувства его величества понятны вам, господин граф.

Адмирал стоял перед ним, сцепив руки и тяжело дыша, а его племянники смотрели на принца Оранского расширенными от ужаса глазами. Потом синьор Андреа несколько разрядил возникшую напряженность."

"— Тем больше причин для мести! — воскликнул он.

 — И если при этом я расстанусь с жизнью, то все же буду отомщен.

Он понимал, что, если теперь не найдет и не уничтожит Драгута, ему не удастся сохранить лицо, и жизнь потеряет смысл. Единственный шанс обелить себя — немедленно расправиться с Драгутом.

— Где сейчас находится этот пес? — прорычал он. — Вы знаете?

— Не совсем, — на губах наместника мелькнула тень улыбки. — Но хочется надеяться, что в аду.

Сочтя, что с ним шутят, адмирал разозлился.

— Ваше высочество, я серьезен.

— Поверьте, я тоже, — сказал принц. — Мессер Драгут вместе со своим флотом — около двадцати шести галер — три недели назад был разгромлен Просперо Адорно и неаполитанской эскадрой, равной примерно половине исламского флота.

Ратный подвиг, прогремевший по всем морям отсюда до Кадиса.

Наступило гробовое молчание. Трое генуэзцев, ошеломленные услышанным, похоже, даже перестали дышать. Адмирал побледнел, и лицо его стало похожим на восковую маску. Ему потребовалось некоторое время, чтобы восстановить голос, но тот все равно звучал хрипло и дрожал.

— Если это правда… — он не мог продолжать.

— Это правда, будьте уверены, — ответил вице-король и рассказал подробности: восстановление Пальмы после набега, освобождение пленников с Майорки и с исламских галер и, кроме того, захват галер для имперского флота.

— В таком случае нам нет нужды оставаться долее в Неаполе и отнимать время у вашего высочества. Я покидаю вас, синьор принц.

Достоинство, с которым Дориа воспринял сообщение, лишившее его последней надежды, заслуживало уважения. Вице-король поднялся, но все же слов утешения не нашел.