Меч ислама

— Дорогой мой! Синьор! Андреа! — с криком радости она вскочила и бросилась в его объятия.

Он склонился над ней, и она ощутила необычную слабость в этом человеке, который, как ей казалось, был высечен из гранита.

— Вы устали с дороги, Андреа. — Она, воплощенное волнение, потянула его к стулу.

— Да, устал, — согласился он. И в мерцании свечи она увидела его серое осунувшееся лицо, безжизненные, глубоко запавшие глаза. Казалось, он мгновенно постарел и стал выглядеть на свой возраст.

Она присела рядом с ним, взяв его измученные руки в свои.

— Откуда вы, Андреа?

— Из Леричи.

Я оставил там галеры.

— Вы спешили ко мне?

Он грустно усмехнулся."

"— Милостию Божьей, я бы так и сказал, если бы смог. — Он покачал головой. — Я хотел скрыть мой позор, въехать в Геную незамеченным, избежать глумления. Я не считаю себя трусом, дорогая моя. Но для такого я недостаточно храбр.

Она положила свои мягкие руки ему на плечи и взглянула прямо в лицо.

— Глумление? — спросила она.

— Да. Вы разве ничего не слышали?

— Что именно? Я знаю только, что маркиз дель Васто ждет вас в Генуе с письмами от императора.

— Ах, — вздохнул он с некоторым облегчением. — Эти письма уже здесь?

— Говорят, император всегда воздает по заслугам.

— По заслугам. Хорошо сказано. Всегда воздает соответственно заслугам по своему разумению. Где мессер дель Васто?

— Во дворце Адорно. Сидит со своим другом господином Просперо.

— Так, конечно же, и должно было быть. А Джанна? — адмирал криво улыбнулся.

— Она здесь, со мной. Вы еще много услышите о том, как они вместе уплыли, и что из этого получилось. Конечно, об этом много болтали, ужасные глупости! Но все это уже в прошлом.

Их свадьба отложена до вашего возвращения.

— Нужда заставила, — грустно сказал он. — Похоже, честь ее нужно будет подлатать. — Он издал короткий смешок, и графиня уставилась на него.

— Вы несправедливы, Андреа! Вы не знаете всего. И как ужасна была ярость Ламбы…

— Да, да! Я слышал эту историю. Теперь это уже неважно.

— Конечно, нет, — согласилась она, — и я возблагодарила Господа за спасение милого дитя, за то, что все так счастливо завершилось и что Просперо в безопасности и всеми уважаем за свои подвиги.

Жаль, что она не успела прибыть сюда вовремя, чтобы видеть, как его встречали.

— Итак, все счастливо закончилось. — Адмирал еще больше помрачнел.

— Счастливо! А этот Просперо в большом почете! Его возвращение было триумфальным! Ну-ну!

Монна Перетта вышла отдать приказ слугам, чтобы ужин синьору Андреа был подан в ее будуар, и дождалась, пока он поест.

Ел он механически. Греческое вино, налитое ее рукой, выпил залпом томимый жаждой. Ухаживая за мужем, графиня упросила его рассказать о себе.