Меч над пропастью

фрагмент в начале этого текста). Помнится, в середине семидесятых годов прошлого века безусловным чемпионом по количеству убиенных был очень популярный тогда Джеймс Хедли Чейз. Куда ему до нынешних! И по статистике мертвых тел, и по анатомическим натюрмортам. Мистер Чейз безнадежно отдыхает.

Именно поэтому надо отдать должное Ахманову, как, в данном случае, безусловно ангажированному автору, он сумел довольно достойно преодолеть поставленный барьер. Все эти агрессивные маневрирования на просторах нашей Галактики в борьбе за жизненное пространство он сделал хоть и основным действием, но все же оно воспринимается всего лишь как фон для серьезного разговора о судьбах звездных цивилизаций и взаимоотношениях между ними.

Ведь не так важно, что люди Земли уничтожили суперкрейсер коварных пришельцев, вторгшихся в пределы Солнечной системы, естественно, с чисто захватническими намерениями, только после получения помощи от инопланетного наблюдателя, сколько интересно, чем же все-таки руководствовался таинственный эмиссар, защищая чужую, в общем-то, для него культуру («Вторжение»).

Не так существенно, что земляне обнаружили и ликвидировали форпост завоевателей, сколь интригующе описание психологии и жизненных коллизий Пола Ричарда Конкорана, потомка двух рас, и его неотлучного спутника-метаморфа («Ответный удар»).

Имеет значение не то, что человечество, пожалуй, самая драчливая раса в обозримой части Вселенной, и что взять звездную крепость или хитроумно обмануть вероломного врага для него – раз плюнуть, а то, в каких взаимоотношениях находятся люди, обитающие за пределами своего земного мира, с другими жителями освоенных пространств Галактики («Бойцы Данвейта»).

Стоит обратить внимание не на обстоятельства очередной победы наших далеких потомков над зарвавшимся врагом, а на возможность договориться, понять друг друга представителям, казалось бы, абсолютно противоположных по духу цивилизаций – рептилоидов, жестко запрограммированных на захват жизненного пространства, и землян, отстаивающих свои, совершенно непонятные их оппонентам, ценности («Темные небеса»).

Вот что главное у Ахманова. Весь остальной антураж – для удовольствия не шибко квалифицированного читателя и в полном соответствии с издательскими пожеланиями.

К уже сказанному, видимо, необходимо добавить, что война – понятие чисто человеческое либо относящееся к епархии некоторых, подчеркиваю, всего лишь некоторых биологических цивилизаций, еще не достигших уровня выхода на звездные дороги, потому что вся энергия и помыслы в этом случае должны отвлечься от внутренних междоусобиц и быть направлены на решение одной общей задачи – освоения новых, неведомых доселе пространств.