Медовый месяц с чужой женой

И мне плевать, что обо мне подумают. Назови меня мышкой, я хочу ещё раз это услышать, пока я не очнулась и не осталась опять одна.

— Ты не одна, мышка, — мягко коснулся ее губ своими. Как же я хотел этого! — Я здесь, Поля, я жив, я никуда не уходил. Я… идиот. Прости, прости, что заставил тебя ждать и мучиться.

Она вздрогнула и, вырвавшись, отбежала на пару шагов. Прикасаясь пальцами к своим губам, посмотрела на меня широко распахнутыми глазами. Лицо её побелело, а затем расцвело алыми пятнами болезненного румянца. Глаза засверкали бешенством.

— Честенер?! — голос её зазвенел металлом. — Сними шляпу, Макс. Это точно ты?

Вглядываясь в моё лицо, она очень медленно подошла. Словно убеждаясь, что я настоящий, осторожно касаясь кончиками пальцев, будто крыльями бабочки, дотронулась до моего рта, щеки, век и улыбнулась. Совсем как раньше: робко, слегка испуганно.

— Глаза другого цвета… этот шрам… но… — Обвила руками мою шею и, прильнув всем телом, осторожно проникла меж моих губ своим острым язычком, да тут же отстранилась, будто обожглась. С улыбкой прошептала: — Вкус моего монстра… моего!

И, счастливо вздохнув, прижалась к моей груди. Голос её прозвучал тихо, будто шепот весеннего ветра на виноградниках.

— Зачем же ты вернулся? Сначала ты забрал мою свободу, затем тело, сердце, душу… Мне нечего больше дать тебе, Макс.

— Я не хочу брать, я хочу подарить, — сжал ее в своих объятиях, противостоя боли в сломанном плече, что едва зажило. — Себя подарить, мышка. Примешь такой подарок?

— Не слишком ли щедрый подарок? — сквозь слёзы улыбнулась она. — Большой и сильный монстр для маленькой слабой мышки?

Я осторожно, чтобы не оцарапать ее кожу грубыми руками, вытер убегающую слезинку.

— Монстр сломался, извини, остался только испорченный мужчина. Готова познакомиться с ним поближе?

Пелагея вдруг прикоснулась к моему паху, провела кончиками пальчиков по напряжённому члену и прошептала:

— Я могу ошибаться… Но мне кажется, ничего не сломано, — ладошка её продолжала прижиматься, когда Поля потянулась ко мне и выдохнула в губы: — А знакомство… где можно провести?

Она то смущённо улыбалась, то снова прикасалась ко мне, будто пытаясь убедиться, что я не мираж. Щёки Поли раскраснелись, а глаза будто заволокло туманом.

— Здесь все твое, Пелагея, — я повернул ее к себе спиной и показал рукой на длинные ряды виноградника, нежно коснулся подбородка и заставил Полю смотреть вправо. — Даже вон тот ма-а-аленький домик, — показал на трехэтажный особняк.

Она облокотились спиной на мою грудь и, глядя на особняк, черепица на крыше которого золотилась в лучах заходящего солнца, спокойно проговорила:"

"— Я хочу тебя, Макс. Всего тебя.