Мертвое

И когда парень внезапно достал корзину с продуктами и предложил позавтракать, я перепугалась еще сильнее.

— Завтрак? — пробормотала я.

— Мне, конечно, далеко до кулинарных шедевров, но я вполне способен отварить яйца и заварить чай. Ну так что?

Кристиан рассматривал меня, привалившись плечом к дверному косяку. Я снова улыбнулась.

Кажется, идея помириться была не такой уж и здравой. Вот же проклятие! Для меня и война с февром плохо, и мир несладок!

Не в силах выносить внимательный взгляд парня, я сбежала в купальню. Повернула вентиль и сунула руки под холодную воду. Высокое зеркало в изящной раме показало мое отражение — слегка растрепанное и немного испуганное. Я задрала нос, пытаясь снова стать Арденой. Самая большая проблема заключалась не в том, что я должна притворяться другим человеком. А в том, что я плохо знала, какая она — Ардена Левингстон. Я могла лишь предполагать, как она поведет себя в той или иной ситуации, но эти предположения могли быть и ошибочными. Мы слишком мало общались.

— Все хорошо… Отлично… Я справлюсь.

Вытерла руки, пригладила волосы и пошла вниз. Но по дороге вспомнила кое-что и прежде, чем спуститься, заглянула в свою комнату."

"На столе уже белели в тарелке яйца, лежал сыр и стояли корзинка с булочками и креманка с вареньем. Я облизнулась, рассматривая это богатство, торопливо уселась напротив февра. И поставила на стол две чашки — подарок вдовы Фитцильям.

— Чай из красивой чашки лечит душу и тело, — выдала я привычную фразу И постаралась не стушеваться под насмешливым взглядом «брата».

Но он молча налил в чашки чай и одну придвинул себе.

Я же, не выдержав, торопливо почистила яйцо и сунула его в рот, закусив сыром со слезой и сладкой булочкой.

— Вкусно!

— Нравится?

Кристиан не ел, только смотрел то на меня, то на чаинки в своей чашке.

— Очень!

— Надо же. В детстве ты терпеть не могла яйца, — бесцветно произнес он, а я чуть не подавилась. Но сумела проглотить и даже изящно промокнула губы льняной салфеткой.

— Когда это было, — беспечно хмыкнула я. — Вкусы меняются. И люди меняются. Ты вот тоже когда-то клялся, что вырастешь и будешь питаться лишь песочными корзинками с ежевичным джемом!

Кристиан моргнул, и его взгляд смягчился, перестав напоминать острое стекло. Я же возблагодарила Божественного Привратника и Ардену за этот факт из прошлого Кристиана.

— Джем я люблю по-прежнему, — парень указал на креманку, и уголки его губ слегка приподнялись.

Только расслабилась я рано. Потому что следующий вопрос снова откинул меня на канат над пропастью.

— Ты видела в Орвине голодающих? Или… в обители… Тебя там лишали еды?

— С чего ты взял? — сипло протянула я.

Февр откинулся на спинку стула.

— Просто ответь.