Месть – блюдо горячее

Видимо, отказать ограбленной вдове их превосходительство не сумел или не захотел. В результате я здесь. Сергей Манолович прибыл с самостоятельным поручением – изучить опыт вашего собачьего питомника."

"– Собак мы Сергею Маноловичу покажем, тут все просто. А вот с Болмосовой загвоздка. Вы никогда ее не видели?

– Нет, только слышал много неприятного.

– Мягко формулируете, Алексей Николаевич. Мы тут все от нее волками воем, так она нас достала. Есть же люди беспардонные! Службу нести некогда, только вокруг нее плясать. Врывается в кабинет без очереди, кричит, что она вдова предводителя, а тут никакого уважения… Болмосова считает, что все вокруг ей должны. Сама она никому и ничего, а вот ей – все!

– Знавал я барынек похуже. Ну, Христос терпел и нам велел. Лучше расскажите про ее ходатая, Азар-Храпова. Куда он делся, по-вашему? Голову ему проломили или он нашел облигацию, присвоил и лег на дно?

– Может быть, и так, и эдак, – вступил в разговор начальник сыскного отделения. – Человек он, надобно отдать должное, ловкий. С людьми ладить умеет.

– И с ворами знаком, – вставил Азвестопуло.

– Чай, и вы по должности знакомы с ворами? – иронично уточнил Дубровин. – Я вон тоже знаком, и Алексей Васильевич. Что с того?

– Я не в обиду, а к тому, что человек знающий и понимает, куда ему пойти за справками. Вы наверняка пытались выяснить его тропинки, когда принялись искать пропавшего человека. По-вашему, он жив?

Саратовцы предсказуемо замахали руками: конечно, жив, только прячется. Зачем им в статистике лишнее убийство? Питерцы поняли, что с этой карты лучше не заходить, и повели разговор иначе. Опрашивали воров или нет? Что они сказали?

На это ответил Побединский:

– Господин полицмейстер поручил поиск Азара мне. Первым делом я вызвал к себе учетных[62], которые громят квартиры. Их человек двадцать, все нам известны, ловить никого не пришлось. Ограбление коллежской советницы не бог весь какое событие. Добычи взяли не густо, примерно на тысячу. Если, конечно, считать билет по номиналу в сто рублей. Интереса ребята не проявили, отмахнулись. У всех свои дела, старуху знать не знают.

– Похоже это на правду? – уточнил Лыков.

– А кто же ее знает, правду? Но вроде не врут.

– Бывший околоточный, надо полагать, тоже с них начал?

– Да, ребята так и сказали: ты не первый нас пытаешь, Николай Никитич раньше тебя любопытствовал.

– Он для них Николай Никитич? – отметил статский советник. – Уважали его?

– И уважали, и боялись, и договаривались, – подтвердил Дубровин. – Дважды он поднимался в помощники пристава, мог бы и приставом служить. Из ходовых ходовой[63]! Голова варила!

– Даже так?

– Азар пятнадцать лет в саратовской полиции оттрубил, все блатные тайны знал.