Межсезонье

— Что вы де… — завизжала девушка, но Юра обхватил ее сзади и одним движением свернул шею.

Заслышавший непонятную возню охранник начал, что-то мыча через закрывавшую лицо шапочку, подниматься с пола, но неторопливо подошедший Саня спокойно приставил к его затылку глушитель ПМ и выстрелил.

— Они что, и в самом деле думали, что охранника не заподозрят? — перекладывая золотые и серебряные монеты из сейфа в сумку, поинтересовался Юра у подельника. — Наивняк…

— Живой? — Саня направил пистолет на зажавшего простреленный бок Костю. — Это хорошо.

Ты нам еще пригодишься.

— За что? — еле выдавил из себя Напалм. — Меня-то за что?..

— Думаешь, в Форте много спецов, способных вскрыть такой сейф? — Бандит остановился в паре шагов от него. — Сомневаюсь. Ладно, жги бабу!

— Чего?!

— Бабу жги! Лицо. Засветились мы с ней, — распорядился Саня. — А так придет Гонзо поутру — оп-па, а тут жмуры! Видать, не поделили между собой чего-то. А мы и не при делах. Пусть попробуют найти того, кто деньги унес.

— Я не могу… — просипел почти терявший сознание от боли пиромант.

— Ну-ка повтори! — подошел к нему вплотную бандит.

— Выдохся, — объяснил Костя и взвыл, когда Саня, не особо сдерживаясь, ткнул его носком ботинка в простреленный бок. Накрывшая с головой боль уходила медленно, короткими вспышками терзая раненую плоть, и способность вымолвить хоть слово вернулась к пироманту лишь через несколько минут. — Не надо…

— Не хочешь умирать долго и мучительно — жги! — Бандит отвел ногу для удара. — Живее!

— Подожди, — просипел раненый Напалм. — Я сейчас…

Он дотянулся до начавшего вновь разгораться огонечка силы и попытался оценить свои шансы на успех в схватке с бандитами.

Не будь он ранен и ударь первым… А так — ничего не добьется. Но и уродовать мертвую девушку тоже не будет. Лучше хоть одного с собой прихватит…

— Быстрей! — рявкнул Саня.

— Кончай с ним, — распорядился второй бандит. — Проще пожар устроить…

Костя уставился на пистолет, отчаянно попытался раздуть едва тлевшие отголоски еще недавно полыхавшего пламени, и у него это почти получилось. Потекшая из вскинутой руки сила обжигающими лепестками огня заклубилась перед пиромантом, но стрелок оказался быстрей.

Вырвавшаяся из самодельного глушителя вспышка, удар в голову и бесконечный полет во тьму.

Очнулся Напалм от скрутившего его приступа кашля. Парень, не понимая, где находится, перевернулся на спину и сразу же попытался вскочить на ноги — в комнате вовсю полыхал огонь. Резкая боль в простреленном боку едва не отправила его обратно в забытье, но, опершись о стену, Костя сумел удержать равновесие и перевести дух.