Мир Аматорио. Исчезнувшая
КИМБЕРЛИ Кэш Аматорио – друг моего детства. Раньше он сочинял для меня сказки. Однако мы выросли, и магия прошлого исчезла. Теперь Кэш высокомерный и наглый. Теперь он безумный и не знает границ. Мой отец не велит мне к нему приближаться. Но слишком поздно. Я нарушила запрет и увидела в Кэше сторону, которую он пытается ото всех скрыть. Но только не от меня. Я увидела, что он не тот монстр, каким хочет казаться. В то время, когда настоящий монстр совсем рядом. Он дышит в затылок и готов напасть в любую минуту. КЭШ Кимберли Эванс – милая и невинная. И она явно заслуживает того, чтобы стать моей очередной игрушкой. Но я не подозревал, что в моем темном сердце еще осталось что-то светлое к девочке, которая когда-то просила называть ее принцессой. Но в тот момент, когда я понял это, было слишком поздно. Я совершил ошибку, позволив хищнику напасть на мою принцессу. И цена моей ошибки оказалась непомерно высокой.
– Вы с ума сошли? Я чудом избежал авари…
Он не успевает договорить, потому что брат одним ударом сшибает его с ног. Мужчина падает на землю, пока я добираюсь до Volvo и хватаюсь за ручку пассажирской двери. Я пытаюсь открыть машину, но Блаунт успел ее заблокировать.Трусливый ублюдок.
Не теряя времени, я сгибаю руку в локте и выбиваю окно. Из-за силы удара стекло разбивается на сотни мелких осколков. Я просовываю руку внутрь и хватаю Блаунта за воротник пальто.
– Отвали от меня, придурок!
Блаунт активно сопротивляется, но я выдергиваю его из машины через окно.
– Отпусти меня! – орет Блаунт.
Как скажешь.
Я разжимаю пальцы, и этот кусок дерьма падает на асфальт, усыпанный осколками. Блаунт собирается подняться, но я ставлю ногу ему на спину, припечатывая обратно к земле.
– Не так рано.
Я обыскиваю его карманы и достаю телефон. Швыряю его на асфальт, и от удара он разбивается. В это время Десмонд вытаскивает телефон из кармана водителя, роняет мобильный на землю и растаптывает его ногой.
Скорее всего, когда водитель очнется, нас здесь не будет.
Я перемещаю ногу выше и сильнее надавливаю на голову Блаунта. Под моим ботинком он болезненно стонет, пока я вынимаю кабельные стяжки и обматываю их вокруг его запястий. Соединяю их вместе и поднимаю Блаунта, толкая к нашему внедорожнику.
Ублюдок часто и глубоко дышит, на его лбу выступает пот. Он впивается взглядом в обездвиженного водителя, а потом его глаза начинают испуганно метаться по темной улице в поиске спасения. Но кроме нас здесь никого нет.
Вдруг раздается раскат грома, сверкает молния, с неба падают первые капли дождя. До машины остается примерно три фута, и в этот момент Блаунт пытается вырваться. Но я крепко держу его и не даю ему убежать.
Я заталкиваю его на заднее сиденье, боковым зрением замечая вдалеке два горящих светлых пятна. В нашем направлении едет машина, и Десмонд в спешке садится за руль.
– Нужно убираться отсюда.
Я сажусь рядом с Блаунтом и захлопываю за собой дверь. Десмонд трогается с места, когда позади нас раздается автомобильный гудок.
Я достаю из-за пояса нож и всаживаю его ублюдку в бедро. Блаунт орет, но его вопли заглушает очередной раскат грома. Дождь усиливается и превращается в сильнейший ливень. Вода обрушивается на крышу машины мощным потоком.
Но несмотря на непогоду Десмонд развивает высокую скорость за считанные секунды, и вскоре Уолкотт-роуд остается далеко позади нас.














